Хозяйка волшебной почты, или Сами с усами

Он может поприветствовать гостя и предложить ему оставить визитку либо прийти попозже, когда хозяйка вернется. Или передать письмо одному из служащих почты.

– А если это будет какой-нибудь злодей, вроде вчерашних? Не очень умно сообщать всем подряд о том, что дома никого нет.

– А на что нам охрана? Вон она, под окнами прохаживается. И потом, шуметь фантом тоже умеет. И поскольку навредить ему невозможно, то и кричать он будет до тех пор, пока не подоспеет помощь.

– Ну если так, ладно, - согласилась я, искоса вглядываясь в силуэт."

"Наличие пусть и нереальной соперницы заставило глубоко вздохнуть и признаться себе самой, что Ричард необыкновенно привлекает меня. Но пока он считает себя мужем настоящей Арлет Абернати, ничего у нас с ним быть не может.

Внешняя оболочка не равна человеку. А он любит свою жену, какой бы она ни была дрянью и эгоисткой. И слышать чужое имя, когда любимый мужчина обнимает и целует, каждый раз будто ножом по сердцу. Так что, нет, Ричарду, и еще раз нет. Пока я не наберусь смелости, чтобы все ему рассказать. Ответ будет один.

Я встряхнула головой, выгоняя Ричарда из мыслей. Скомандовала:

– Идем, Лобстер. Покажешь, что у нас в подвале, поправила на плече бездонную сумку и помахала остающимся Бегемоту и Мухе.

Гном открыл дверь и, подсвечивая фонарем, шагнул в темноту. Я пристроилась за ним, уповая на гномий опыт. Дверь со зловещим стуком захлопнулась за моей спиной, отрезав нас от уютного домика и шанса на возврат.

Я была абсолютно уверена, что вздумай мы ее сейчас открыть, почты по ту сторону не обнаружится.

Глава 14.3

Вопреки моим ожиданиям, подвал оказался бездонным. Не подвал, а целые катакомбы. Я совсем немного прошлась по прямой, поражаясь удивительной чистоте и сухости. Под ногами была каменная кладка, сверху свод из того же материала, по бокам ровные стены, выложенные большими тусклыми плитами чуть зеленоватого оттенка.

Негасимого огонька хватало, чтобы все как следует рассмотреть. И я жадно впитывала в себя увиденное.

Длинный переход завершился удивительно сохранной широкой лестницей, ведущей исключительно вниз.

– Нам туда, – деловито произнес гном.

Я кивнула и смело сделала шаг, еще не подозревая, сколько этих шагов впереди.

Спуск основательно затянулся. Мы оставили позади добрых три или четыре этажа, а лестница все не кончалась. Я с ужасом представила, что нам по ней потом обратно подниматься, и ноги заныли от воспоминаний о вчерашней Одинокой башне.

Правда, потом я вспомнила, что все предыдущие разы возвращалась обычно совершенно не тем путем, каким пришла. И от сердца чутка отлегло.

Фонарик мистер Лобстер для удобства подвесил на пояс.