Поместье с привидениями

– Между прочим, именно в благополучных, а точнее, очень благополучных семьях случается так, что родители слишком зациклены друг на друге, а их дети предоставлены сами себе. Поверьте, я такое не раз встречал.

Глафира хотела уточнить, с чего Ермолаев это взял, но тут к нему подошла вернувшаяся с речки дочь, предложила малины, и так заинтересовавший Глафиру разговор прервался. К пяти часам все окончательно разошлись, а Клава закончила убирать со стола. Беседка, в которой Глафира осталась сидеть со своим компьютером, поскольку, взяв его в руки, решила заодно поработать, опустела. Даже Наталья куда-то ушла. И слава богу, оставаться с ней наедине Глафира не стремилась.

Из дома едва слышно доносились звуки музыки. Это Инесса Леонардовна и Тася опять репетировали свой вечерний концерт. Окна и двери они закрыли, видимо, чтобы не услаждать уши слушателей раньше времени. Тем не менее в доме музыка явна была слышна громче, поэтому, как отмечала краем глаза Глафира, большинство обитателей усадьбы предпочитали проводить время на улице.

Елка с Кириллом играли в бадминтон на лужайке между березами у озера. Павел флегматично качался в гамаке, его жена дремала на качелях. Светлана шла от ворот, видимо, ходила что-то забрать из своей машины, Натальи было по-прежнему не видно, впрочем, как и Глеба Ермолаева. Это было хорошо, потому что бизнесмен отчего-то стал Глафиру задевать.

– Это действительно были они, – услышала она голос Клавдии и повернула голову.

Та разговаривала с мужем, чистящим мангал от углей.

– И что? – глухо произнес тот. – Зачем тебе это знать? Что это меняет?

– Ты что, забыл? Ты хочешь все это простить?

– Я бы, может, и простил, да зеркало не дает, – Осип нехорошо усмехнулся. – Только, Клава, ворошить это все равно что горячие угли переворачивать. Такой пожар можно разжечь, что все в нем сгорит.

– Пожар, – с горечью произнесла Клавдия, – что нам теперь еще один пожар. Один пережили и из второго выберемся.

Глафира вдруг осознала, что подслушивает. Это было нехорошо, поэтому, захлопнув крышку компьютера, она вышла из беседки. При виде ее Клавдия замолчала.

– Ужин в восемь, – сообщила она довольно нелюбезно.

– Какой ужин, – Глафира рассмеялась от одной мысли о еде. – После такого обеда я не буду есть, как мне кажется, целую вечность.

– Это только кажется, – голос Клавдии стал менее морозным. – Да и ужин сегодня легкий. Рыба запеченная. Подам со свежими овощами. А после концерта чаю попьем с печеньем. Я домашнее напекла.

Нет, определенно, у Глафиры был шанс за три месяца, проведенные в этом месте, поправиться.

– Клава, вы волшебница, – нараспев произнесла она. – Инессе Леонардовне несказанно с вами повезло.