Поместье с привидениями

Сегодня ночью никто не должен спать. Поверьте, вы от этого только выиграете.

– Нет уж, я на боковую, – зевнув, сказал Павел. – У меня просто глаза закрываются, так что спокойной ночи всей честной компании. Марьяша, ты идешь?

– Конечно, любимый, – Марианна грациозно поднялась с кресла, в котором сидела. – Спокойной ночи.

– А я пока не пойду спать, я хочу наблюдать метеорный поток. Кто со мной? – вскинулась Елка.

– Еленка, ты тоже ляжешь спать, – непререкаемым голосом объявила Марианна. – Никаких наблюдений за звездами. Максимум, из окна. Поняла? Не нужно ночью выходить из дома. Я тебе запрещаю.

– Августовский звездопад еще называют «Слезы святого Лаврентия», – сказала Глафира, заметив, что Елка явно собирается надерзить в ответ на безапелляционный материнский запрет. – Елочка, ты, правда, хочешь смотреть на чьи-то слезы?

– А почему он так называется? – «купилась» на ее трюк Елка.

Все-таки для своих восемнадцати лет девушка была чудо как наивна.

– Так звали одного из дьяконов Древнего Рима, которого подвергали религиозным преследованиям и даже пыткам. Падающие звезды символизируют слезы, которые текли по его лицу, когда святого мучили. И исполняются в эту ночь желания только тех, кто помнит о страданиях святого Лаврентия. Иначе это не работает.

– А наша писательница помнит о страданиях всех людей или только святых? – саркастически осведомилась Наталья.

Глафира просто физически ощущала льющуюся из нее враждебность. Знает или не знает? Может, просто интуитивно чувствует в Глафире врага? Впрочем, от этого не легче.

– Я тоже пойду спать, – мягко сказала она. – Спокойной ночи.

Поднимаясь по лестнице в свое крыло, Глафира думала о том, что завтра Наталья уедет, и вся эта неловкая, мучительная для нее ситуация сойдет на нет. Войдя в комнату, она вдруг почувствовала странный озноб, словно температура разом упала на несколько градусов. Еще в комнате стоял какой-то странный запах, резкий, неприятный, похожий на запах свежей крови. Глафира заперла дверь на ключ, оставила его в дверях, чтобы снаружи ей снова ничего не напихали в замочную скважину, щелкнула выключателем на стене, повернулась и едва сдержала крик. На кровати, застеленной шелковым покрывалом, лежала отрубленная куриная голова.

ТаисияТася никак не могла прийти в себя. Адреналин в крови не давал уснуть. Она сидела на подоконнике и смотрела в окно. На луну и падающие звезды, которые, как на грех, не падали. Ни одна. Никакой поток Персеиды ей был не нужен, да и загадывать желания Таисия Ермолаева не стремилась. Девушка она была конкретная, вся в отца, а потому мечтания полагала делом пустым и бессмысленным. Если что-то хочешь, делать нужно, а не предаваться глупым иллюзиям.