Рыцарь

— Что до моей силы, то ей нету равных! — воскликнул он и чуть погодя сказал:

— Так о чем это я вам рассказывал?

— О том, что Дики Хэарвуд все еще является владельцем Гошока.

— Да. И завтра поутру я намерен повидаться с ним. А что такое «уик-энд»?

— Уик-энд означает конец рабочей недели — время, когда все куда-нибудь отваливают. Но вы же не можете вот так за просто взять да и поскакать к обиталищу лорда?! Надеюсь, ВЫ не воображаете, что вас пригласят туда на уик-энд?!

— Это что, рабочие, что ли, отваливают? Да у вас тут, похоже, вообще никто не работает! Я не видел ни земледельцев на полях, ни кого-либо за плугом. Теперешний народ только бродит по магазинам да машины водит!

— У нас — сорокачасовая рабочая неделя, а для пахоты есть трактора! Но, Николас, вы мне так и не ответили! Что именно вы намерены делать? Не можете же вы и вправду сообщить этому Хэарвуду, что я, мол, явился сюда прямиком из шестнадцатого столетия! Такого ведь вы никому не расскажете, даже этим бабенкам из бара! — И, подергав за ворот его сорочки, она добавила:

— Вы же погубили свою рубашку! Губная помада ведь не отстирывается!

Ухмыляясь ей и вновь подбрасывая ее на руках, он воскликнул:

— А вот на вас так совершенно нет губной помады! Отворачивая от него лицо, она сказала:"

"— Давайте не будем начинать это снова! Лучше расскажите-ка мне об этом Гошок-холле!

— Им все еще владеет семейство Хэарвудов, и они туда ездят на этот… как его?.. энд?..

— На уик-энд, — подсказала Дуглесс.

— Точно: на уик-энды! И еще… — Тут он покосился на Дуглесс. — Еще там и Арабелла тоже.

— Арабелла? — удивилась она. — Но какое отношение может ко всему этому иметь Арабелла, живущая в двадцатом веке?!

— Но моя Арабелла была дочерью Дики Хэарвуда, и, похоже, Дики Хэарвуд вновь обретается в Гошок-холле, и у него и теперь есть дочь по имени Арабелла, возраст которой — тот же, что был у той моей Арабеллы, когда мы…

— Ой, пощадите! — воскликнула Дуглесс, а затем погрузилась в задумчивость: недавно найденные документы, другая Арабелла, другой Дики… — все выглядит так, будто история повторяется!

Глава 8

Затаив дыхание, Дуглесс смотрела на Николаса, восседавшего на жеребце. Она, разумеется, слышала о том, как объезжают подобных лошадей, но самой это видеть ей прежде не доводилось. И все, кто оказывались возле школы верховой езды, будь то ее служащие или просто посетители, останавливались и смотрели, как Николас трудится, укрощая эту нервную, злобную и коварную скотину.

Прошлой ночью они улеглись только в час — Дуглесс заставила Николаса рассказать ей все о своих отношениях с Хэарвудами.