Рыцарь

Немного погодя он несколько отвлекся от своих мыслей, увидев в окне башню торнвикского замка и почувствовав, что сердце его забилось чуточку сильнее. Ведь это он спланировал здешние постройки: свел воедино все, что знал и любил других своих поместьях, выбрал лучшее и выстроил вот этот красивый замок. Целых четыре года ушло на камнерезные работы и на то, чтобы доставить мрамор из Италии. А но внутреннем дворике он спроектировал башенки с круглыми оконцами в них.

Строительство было завершено лишь наполовину, когда его заключили под стражу, но эта оконченная половина по своей красоте ничуть не уступала лучшим замкам страны!

Такси повернуло на дорожку, ведущую к замку, и Николас нахмурился: все здесь выглядит таким обветшалым! А ведь лишь месяц тому назад он был здесь, и тогда все казалось идеальным, все было новехоньким! Сейчас же дефлекторы над печными трубами кое-где разрушились, крыши во многих местах без черепицы, а некоторые окна заложены кирпичом.

— Это великолепно! — прошептала Дуглесс, но затем, строго выпрямившись, почтительно добавила:

— Сэр!

— Да нет же, тут все рушится! — сердито возразил Николас. — И эти башенки с западной стороны так никогда и не достраивались, что ли?!

Машина остановилась, Николас вылез и огляделся. Нет, с сто точки зрения, здесь все только навевает печаль: от недостроенной половины дома остались одни руины, а у другой половины вид такой, будто ей уже сотни лет, впрочем, так оно и есть! — с отчаянием думал он.

Обернувшись, он увидел, что Дуглесс уже распорядилась внести их багаж в вестибюль гостиницы.

— Чай лорду Стэффорду нужно подавать рано, в восемь утра, — отдавала она приказы гостиничной обслуге, — А легкий второй завтрак — примерно в полдень. Но меня следует заблаговременно знакомить с меню. — И, повернувшись к Николасу, она спросила:

— Вы, милорд, сами желаете расписаться в регистрационном журнале или я могу сделать это за вас?

Николас бросил на нее уничтожающий взгляд, но она даже не заметила этого, поскольку смотрела в другую сторону. Он торопливо расписался в гостевой книге, а затем лакей повел их в забронированный номер-люкс.

Комната оказалась великолепной. Стены оклеены темно-розового цвета обоями, а большая, на четырех ножках кровать покрыта желто-розовым ситцевым покрывалом. В ногах кровати на розовом ковре стояла небольшая кушетка. Рядом открытая дверь вела в небольшую же гостиную, в которой также доминировали розовый и бледно-зеленый тона.

— Сюда нужно поставить вторую кровать, для меня! — распорядилась Дуглесс.

— Дополнительную кровать? — переспросил лакей.