Контуженый рыцарь

А если брал взятку – взяточника четвертовали.

– А даже половина денег лучше, чем топор палача…

– Какой ты умный, сразу все понял.

Вот так, за беседой, железные кандалы Федора на руках и ногах были прикованы к железным кольцам, висевшим на стене камеры.

– Не жмет? – заботливо спросил работяга.

– Жмет, – ответил Федор.

– Ничего, привыкнешь, – удовлетворенный своей работой, подбодрил его кузнец.

– Кормежка в шесть утра, в двенадцать дня и шесть часов вечера, – вставил слово тюремщик.

– А кормите чем?

– Триста граммов хлеба и кружка воды. Да здесь больше и не надо.

– А спать как?

– Другие наловчились в цепях на соломе спать, и ты научишься. Не бойся, не ты один здесь такой. Живут же как-то. Привыкнешь.

После того как дверь камеры захлопнулась, Федор попытался оценить свое положение. Цепи ножных кандалов, в которых его привели сюда, были прикованы заклепкой к кольцу, вделанному в каменную стену камеры. А руки, каждая по отдельности, прикована к стенным крюкам так, что пленник вполне мог почесать себе голову или соединить кисти рук перед лицом, чтобы держать миску с едой, но нанести сильный удар кулаком или локтем было невозможно. Кроватью заключенному служила большая копна наполовину сгнившей вонючей соломы.

Ни прогулки, ни походы в туалет режимом содержания не предусматривались. Ну и как теперь выбираться отсюда?

– Послушай, к тебе посетитель пришел, – прервал тюремщик грустные размышления Федора, открыв маленькое оконце на двери, – утверждает, что он твой друг.

– У меня нет здесь друзей. – Пленник попробовал отказаться от нежданного визита, но дверь уже отворилась, и в камеру зашел лорд Тарэкс. Посмотрев на стену, кандалы и Федора, незваный гость победно улыбнулся.

– Ну что ж, здравствуй, рыцарь Черного дракона. Очень приятно видеть тебя здесь, – со злорадством в голосе произнес лорд. Его лицо опять расплылось в довольной улыбке.

– Если хочешь, рядом устраивайся, я подвинусь, – предложил Федор."

"– Э нет, виси в цепях сам, голый и в гордом одиночестве. Когда тебе удалось ускользнуть от меня на ристалище, я был в отчаянии, думая, что ты умрешь не от моей руки. Я ведь убивать сюда пришел. Отомстить хотел. А теперь вижу, что самой страшной местью будет оставить тебя в живых. Будешь гнить здесь заживо.

– Я не избалованный комфортом, перебьюсь…

– Хм, ты, я вижу, не понимаешь. От скудной пищи у тебя через два месяца начнется цинга и сами выпадут все зубы. А от недостатка белков разовьется квашиоркор, вырастет живот и опухнет печень, после и до маразма дело дойдет. Кроме того, для похода в туалет тебя с цепей снимать не будут, я думаю, ты уже это понял. Так и будешь ходить сам под себя и гнить заживо на этой стене от своих же нечистот. Я специально заеду через годик полюбоваться на результаты.