Рус

Если ночью небольшим отрядом тихо подойти с лестницами, то можно успеть подняться на стены до того, как поднимут тревогу, - и добавил после короткой паузы: - Или не успеть, и тогда придется утром штурмовать с суши.

Ярлы, как по команде, посмотрели на великого конунга. Моя идея их явно заинтересовала. И Рерика Священника тоже, потому что улыбнулся еле заметно.

Понятия не имею, откуда он знал правило «Инициатива наказуема исполнением», но произнес:

- Вот ты, Хасколд, и попробуешь со своими людьми, а остальные будут наготове.

- Только чтобы франки не заметили никаких приготовлений, - потребовал я.

- Не заметят! – пообещал великий конунг весело, потому что, наверное, проникся моей идеей и, как положено командиру, присвоил ее.

11

Что-то мне везет на туманы в этих краях. Накрыло с вечера, причем так плотно, что видимость упала метров до пяти, а ночью и вовсе стала нулевая. Сразу вспомнился радиолокатор, и как я неподалеку от этих мест лихо вел по нему судно в Антверпен. Тогда я думал, что жизнь подходит к концу, и провести остаток ее в комфортной бельгийской тюрьме – не самый худший вариант, поэтому не боялся выскочить на берег или врезаться в другое плавсредство. Сейчас я иду по берегу Сены впереди цепочки из четырех десятков воинов. На спине у меня закреплена сабля. Щит не брал, потому что тяжелый и звонкий, особенно, когда ударяется о камень. Последнее особо нежелательно. Надеюсь раздобыть трофейный до того, как начнется месилово. В небольшой стычке буду блокировать удары врагов саблей и кинжалом.

Сразу за мной шагают три тройки, несущие по лестнице каждая. Стараемся ступать бесшумно, но камни скрипят под сапогами. Иногда кто-нибудь спотыкается, но пока никто не упал.

Предположив, что уже миновал угловую башню, поворачиваю и начинаю подниматься по склону холма. Он покатый – хоть что-то создает меньше проблем, чем ожидалось. Стена холодная и влажная, наверное, скользкая. Я останавливаюсь. Чуть не зацепив меня лестницей, замирает и первая тройка викингов. Идет цепная реакция налетов на шедших впереди и резко остановившихся, слышится тихая ругань. Я молча направляю первую тройку к стене и показываю, где прислонить лестницу. Затем подвожу еще две тройки и подталкиваю следовавших за ними викингов к лестницам: к первой-второй-третьей, к первой-второй третьей… Последнего разворачиваю и, несмотря на его недовольное бурчание, отправляю к берегу реки, чтобы привел сюда второй отряд. Сам подхожу к центральной лестнице и быстро поднимаюсь по ней. Несмотря на то, что мокрые, скользкие перекладины сильно шатаются, абсолютно не боясь упасть. Наверное, потому, что не вижу землю и не могу представить, как буду лететь до нее и какой частью тела шмякнусь.

Сторожевой ход широкий, и весь отряд собрался на небольшой части его.