Рубиновая девочка

 – У меня сложилось впечатление, что мистер Беннет не мог с тобой справиться. По телефону он рассказывал про тебя настоящие ужасы. Может быть, для того, чтобы я почувствовал, что его услуги мне необходимы и чтобы я побольше ему платил. Но, видимо, в страхе за свою работу он перегнул палку.

– Подожди-ка… Ты имеешь в виду тот телефонный разговор, когда он должен был отговорить тебя отправлять меня в интернат?

Мистер Аронс поднял руку, будто защищаясь:

– Совсем наоборот: он пытался отговорить меня везти тебя домой! Когда я узнал, что ты собрался сбежать на катере, то почувствовал себя виноватым. Вспомнил, как ты не хотел сюда ехать. Вот почему я решил побыстрее забрать тебя отсюда.

Повисла напряжённая пауза. Тишину нарушал только храп Зайца, заснувшего прямо на полу. Под аккомпанемент этого храпа я попробовала разобраться во всём, что услышала. Мистер Беннет хотел получить больше денег за свою работу по сопровождению Ноя. Но мистер Аронс, наслушавшись его вранья, решил поместить сына в интернат! Именно потому, что беспокоился о нём. А Нана, кажется, об этом догадалась. И сделать так, чтобы мистер Аронс наткнулся на эту публикацию в газете, было частью её плана.

Я взглянула на неё, и она подмигнула мне в ответ.

– Я считаю, что у каждого есть доброе зерно, ты помнишь? – сказала Нана.

– Ты и правда заберёшь меня домой? – спросил Ной. Казалось, он ещё не осознал услышанного. – А что я буду делать во время каникул? Ведь ты всегда занят своими небоскрёбами.

– Ну, например, в моём офисе для тебя есть небольшая стажировка. Я давно хотел показать тебе, почему мне так интересна моя работа. Но… – мистер Аронс замолчал и обвёл взглядом лазарет, внимательно рассматривая чисто убранные вольеры и читая таблички с именами питомцев, написанные почерком Ноя… Уголки его рта приподнялись, и теперь его улыбка выглядела очень искренней. – Но, кажется, у тебя уже есть интересная работа на каникулы, – сказал он.

Мы не сразу поняли, что он имеет в виду. Мистер Аронс сказал это как бы между делом, как говорят о вещах, которые и так очевидны. Когда я наконец поняла смысл его слов, меня охватило ощущение счастья. Ной, похоже, чувствовал то же самое. Его глаза стали ещё более синими.

Пока мы молча переглядывались, Нана осторожно приоткрыла коробку."

"– Это правда, – подтвердила она, – он не может оставить такую увлекательную работу. Взять и уехать было бы ужасной глупостью! Кстати, нас ждут чудесные пирожные! Почему бы не вернуться в комнату и съесть их, пока они свежие? Я думаю, нам есть о чём поговорить.

Эпилог

Клео Мэй Коллинз вместе с внучкой стояли у пристани и смотрели на море. Прищурившись, они ещё могли разглядеть корабль, который постепенно уходил за горизонт. Слева от Руби стоял Ной и церемонно махал рукой.