Рубиновая девочка

 – Ты действительно чувствуешь себя виноватым за то, что вы с мамой попали в аварию?"

"– И с Тукером, – сказал Ной так тихо, что я едва смогла его расслышать. Я заметила, что он отнюдь не выглядит сердитым – он сжался, будто хотел и вовсе спрятаться в своём чёрном свитере. – Моя собака тоже была там. Тукер, ты его помнишь? Мы с мамой хотели свозить его в путешествие. Если бы я не завёл собаку, ничего бы этого не случилось.

– А ты помнишь, кто привёл в дом собаку?

– Не знаю, мне тогда было всего восемь, – сказал Ной и пожал плечами. – Наверное, мама.

– Она согласилась завести питомца, это правда. Но идея была моя, – мистер Аронс ненадолго замолк, и мне показалось, что в нём что-то переменилось. Может быть, он уже не так сильно контролировал свои жесты, и взгляд стал более естественным. – Я уже тогда слишком часто пропадал в офисе. Никогда не мог поехать с тобой в отпуск, редко приходил на твои соревнования по плаванию. Хотел этим подарком вроде как загладить свою вину. Хотел, чтобы ты не скучал, когда меня не было рядом. Поэтому если кто-то кроме водителя грузовика и виноват в этой трагедии, то это я.

Ной секунду раздумывал, а потом мотнул головой.

– Ерунда – сказал он дрожащим голосом.

– Конечно. На самом деле я не жалею, что когда-то привёз эту собаку из приюта. Когда вы были вместе, ты выглядел счастливым. Прямо как на этом фото, – мистер Аронс снова развернул газету и нашёл снимок Ноя с Зайцем, сделанный мистером О’Лири. Он выглядел сосредоточенным, будто пытается сложить какой-то пазл. – Как такое возможно, Ной? – спросил он серьёзно. – В этот момент ты действительно был таким счастливым? И всё то хорошее, что пишет о тебе репортёр, – правда? Я не думал, что ты можешь исправиться за такое короткое время.

– Почему это? Неужели я такой отвратительный?

– Не делай вид, что не понимаешь, о чём я говорю. Все твои граффити, выбитые стёкла, ценности, которые ты здесь украл…

От удивления у меня отвисла челюсть. Я знала, что до меня доходят не все слухи, но всё равно была потрясена.

– О каких ценностях идёт речь? – спросила я.

Ной скривился в усмешке:

– А кто стащил у старого Фергюса золотой зуб? А ошейник со стразами у Мистера Мёрфи?

Как по команде, в следующую секунду в лазарет вошла Нана. Локтем она прижимала к себе коробку с пирожными, а лицо у неё было подозрительно радостное.

– Мистер Аронс, – спокойно сказала она, – всё это не имеет ничего общего с действительностью. Думаю, это идея мистера Беннета – наврать вам про это.

Мистер Аронс набрал в лёгкие воздуха, чтобы что-то сказать, но Ной его опередил:

– Ты поэтому хотел отправить меня в интернат Святого Аврелия? Думал, я стал здесь преступником?

– Э… ну… – забормотал мистер Аронс, теребя свою идеальную стрижку.