Ртуть

Его клыки снова зацепились за мою губу. За кончик моего языка. Вкус крови во рту усилился, но я не отстранилась. Руки Фишера скользнули вниз по моему телу, обхватив меня сзади, пальцы впились в мои ягодицы. Его дыхание участилось, каждый выдох сопровождался рваным стоном. Притянув меня ближе, он стал целовать меня еще крепче, вжимаясь членом в мой живот так, что я чувствовала его отчаянную потребность.

Мы были связаны божественными узами.

Я чувствовала это сейчас — яркую нить энергии, соединяющую нас, когда он обнимал меня. Если бы я захотела этого, все, что мне нужно было сделать, — протянуть руку и принять ее.

Фишер зарычал, когда очередная волна крови хлынула в наши рты, и потерял всякое терпение. Резким движением он расстегнул мои штаны и запустил в них руку, проворно прокладывая пальцами путь между моими складками.

Это было причиной, по которой он погрузил нас во тьму? Может, он скрывал доказательства нашей связи, чтобы я не испугалась ее силы, проявившейся во мне? Скорее всего, ответ на этот вопрос был утвердительным. Он не хотел разбираться с этим, пока Эверлейн не окажется в безопасности и не вернется в Калиш, и я это понимала. Я позволила знакам скользить по мне, сосредоточившись на тепле рук и губ Фишера. У нас еще было время.

Я точно знала, что он имеет в виду. Со мной это происходило еще в Зимнем дворце. Всякий раз, когда я ощущала в воздухе его запах, мое сердце пускалось вскачь. Пустые комнаты были опасными местами. В Калише я входила в гостиную или кузницу, шла по коридору, и мне казалось, что его тень идет рядом со мной. От запаха зимней сосны и холодного горного воздуха мое сердце всегда билось учащенно.

Его пальцы двигались внутри меня, а давление ладони на клитор разжигало во мне пламя безумия. Он станет моим концом, этот мужчина. Ему будут принадлежать мои лучшие дни, он будет моей опорой в худшие. Он покажет мне, что такое экстаз, и будет топить меня в нем, пока я не умру.

Его низкий, рокочущий смешок, скользящий по поверхности моего сознания, был чистым грехом.

Его пальцы вышли из меня и вернулись к моему клитору. Сосредоточив все свое внимание на набухшем комочке нервов в верхней части моих бедер, он начал водить по нему кончиками пальцев маленькими круговыми движениями, чтобы подтолкнуть меня к оргазму, и как можно быстрее.

Я вздохнула, когда его губы двинулись вдоль моей челюсти, задержавшись у мочки уха. По спине и ногам побежали мурашки, волосы на затылке встали дыбом, когда его горячее дыхание коснулось моей кожи.

Это было чертовски горячо, когда он мысленно говорил мне о том, что собирается со мной сделать. Но слышать его голос, хриплый и полный желания? Я ничего не могла поделать. Я потеряла рассудок. Сначала я сорвала с себя рубашку.