Ртуть

Честно говоря, я решила разобраться с этим утром, потому что невыносимая усталость навалилась на меня, когда я опустилась на кровать и впервые за несколько часов попыталась распрямить онемевшие ноги. Я постаралась устроиться так, чтобы ни одна часть моего тела не касалась Фишера, но он издал недовольный звук и обнял меня. Положив руку мне на живот, он притянул меня к себе так, что моя спина оказалась прижата к его груди. От его тела исходило божественное тепло. Я чувствовала, как бьется его сердце у меня за спиной — медленно и ровно, в такт его дыханию. Где-то в изножье маленькой кровати Оникс тихонько вздохнул и глубже зарылся в одеяла.

Фишер просунул пальцы под подол моей рубашки и прижал ладонь к моей коже. Это движение не было сексуальным. Это был простой контакт между двумя существами. Надежный. Интимный. Связывающий.

— Моя мать тоже была убита, — хрипло прошептал он. — У нас общая боль, малышка Оша.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но он уже заснул.

Когда я проснулась, было еще темно. Мне потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, где я нахожусь, и кто так крепко обнимает меня. Потом я лежала, очень тихо, не дыша, прекрасно осознавая, что твердый член Фишера упирается мне в задницу и он почти наверняка не спит. Я делила постель с достаточным количеством людей, чтобы по их дыханию понять, в сознании они или нет, и дыхание Фишера не было поверхностным, как у человека, все еще погруженного в сон. Оно было глубоким и слишком размеренным, и я почувствовала, как он напрягся у меня за спиной.

Я придумывала один ужасный вариант развития событий за другим, волнение захлестывало меня… но ничего из этого не происходило. Рука Фишера все еще была под моей рубашкой, но теперь едва касалась меня, расслабившись во сне. Материал, которым я перевязывала грудь, за ночь распустился и задрался, и костяшки его пальцев задевали нижнюю часть моей левой груди. Очень медленно, но с явным намерением Фишер снова прижал ладонь к моей грудной клетке. Я прикусила губу, внезапно запаниковав, мое сердцебиение участилось, когда он провел кончиками пальцев по нижней части моей груди, едва касаясь ее…

Он спрашивал моего согласия.

Я могла выбрать, что ответить. Если бы я сжалась и отодвинулась от него, я знала, что он уберет руку и отпустит меня. Мы оба встанем, продолжим свой день, и на этом все закончится. Дверь между нами закроется.

Я не хотела, чтобы дверь закрывалась.

Прерывисто вздохнув, я выгнула спину и прижалась задницей к члену Фишера. Боги и грешники, он был чертовски твердым. Он издал хриплый стон, его дыхание опалило мою шею, заставив кожу покрыться мурашками. Его пальцы крепко сжали мои ребра, и я позволила своим глазам закрыться, наслаждаясь предвкушением того, что должно было произойти.