Ртуть

Он прозвучал издалека. Приглушенно. Но он доносился с востока и заставил меня заскрипеть зубами. «Мираж» находился на востоке. А в Третьем округе так кричали только тогда, когда страж позволял себе вольности или проливал кровь. Инстинктивно я знала. Я чувствовала своим нутром — этот крик как-то связан с Хейденом. Мой брат был в опасности.

Не задумываясь, я бросилась бежать. Улицы расплывались перед глазами. Сердце выпрыгивало из груди. Страх подступал к горлу, как кислота.

Позади меня, откуда ни возьмись, раздался звук лязгающего металла.

— Остановите ее! Остановите эту девчонку!

Крик раздался за спиной. Стражи. Сколько их было? Пять? Десять? Я рискнула оглянуться через плечо, но увидела лишь стену блестящего, сверкающего золота. Грохот их сапог, стучащих по земле, оглушил меня.

Я подгоняла себя, глубоко зарываясь ногами в песок. Я должна была бежать быстрее. Если они меня поймают, мне конец. Хейдену конец.

Жители Третьего округа вскрикивали, уворачиваясь с моего пути, когда я проносилась мимо них. Стражи продолжали выкрикивать приказы, снова призывая толпу остановить меня, но никто этого не делал. Меня здесь знали. Люди, мимо которых я пробегала, любили меня, потому что любили мою мать. Они также злились на меня, потому что я была нарушителем спокойствия и занозой в заднице. Но стражей они ненавидели еще больше.

Мои легкие горели. Мышцы болели, моля о пощаде, но я бежала все быстрее, доводя себя до изнеможения. Близнецы пульсировали в небе, заливая улицы бледно-золотистым светом, более крупное из двух солнц было окружено странной голубой короной, а я мчалась к «Миражу», чердаку и, надеюсь, не к своему брату.

Если бы у него была хоть капля здравого смысла, он бы увидел стражей или услышал разговоры о том, что стража Мадры наводнила Третий округ. Мне хотелось на это надеяться. Хейден и в лучшие времена не отличался особой наблюдательностью, а Кэррион лишил его последних остатков внимательности, выбив всю дурь за попытку его прирезать. Вероятно, он все еще пребывал в своем маленьком мирке, горько сокрушаясь о потерянных деньгах и своем гребаном шарфе.

Я стянула с лица свой собственный шарф, хватая ртом воздух, но только для того, чтобы вдохнуть полные легкие песка, когда промчалась мимо пельменной на углу Ларк-стрит.

— Нет. Нет, нет, нет, нет… — Этого не должно было случиться. Я должна была переплавить золото и спрятать его где-нибудь в неприметном месте. Хейден даже не должен был узнать о существовании перчатки, не говоря уже о том, чтобы взять ее в руки, глупый ублюдок.

Если бы он не сыграл с Кэррионом…

Если бы он послушался и остался на месте…

Если бы он не заглянул в эту чертову сумку…

Даже когда я придумывала оправдания и упрекала его в происходящем, чувство вины душило меня. Я украла перчатку.