В канун Рождества

— Ваши близкие родственники, майор Билликлиф?

Он растерялся, промямлив «извините?».

— Ближайшие родственники. Ну, вы же знаете — жена, дети, братья или сестры.

— У меня никого нет.

— Да полно вам, должен же кто-то остаться.

— Я, — сказал он твердо, — ближайший родственник майора Билликлифа. Оскар Бланделл. Так и запишите. Адрес: Старая усадьба, Криган.

— Ваш номер телефона?

Наконец, все было записано, заверено и подписано. Настало время уходить. Оскар попрощался.

— Разумеется. Если, конечно, нас не занесет снегом.

— Спасибо, что привезли меня сюда. Премного обязан.

— Да ничего, пустяки.

И Оскар ушел, твердя себе, что ни в чем не виноват, и нет причины чувствовать себя предателем.

Он больше ничего не мог сделать для майора. Во всяком случае, сейчас. Потом, когда он что-нибудь узнает о состоянии больного, то уже вместе с Элфридой снова отправится в долгий путь, чтобы навестить Годфри Билликлифа. Элфрида сумеет его развеселить. И, наверное, привезет ему винограду.

Порыв ветра обрушился на дом. Оскар зарылся в подушки, закрыл глаза и сразу же стал думать о Франческе. С ним это часто случалось в ночные темные, беспокойные часы, и он опасался неизбежной новой вспышки отчаяния, мучительного чувства утраты. Франческа. Он беззвучно, одними губами произнес ее имя. Франческа. И сунул руку под подушку, нащупывая носовой платок. Но не заплакал. Ему почему-то вдруг впервые после трагедии стало легче наедине с самим собой. Франческа. И он увидел, как она бежит к нему по залитым солнечным светом лужайкам Грейнджа. Этот ее образ остался с ним, пронзительный до боли, но какой-то особенно милый.

Мысленно прижав ее к себе, он заснул.

Рассвет был ненастный. То, что накануне льдисто сверкало на солнце, сегодня утонуло под водой. С моря налетал шквалистый ветер с проливными дождями и снегом, и вся улица была запружена мокрыми зонтиками, ныряющими над головами то вниз, то вверх. В середине дня проехал огромный грузовик и тяжело загромыхал в гараж. Борта его были залеплены снегом, «дворники» метались по стеклам.

После ланча — суп и немного стилтона, купленного в супермаркете, — Элфрида взяла блокнот и стала составлять список.

— Надо все продумать как следует, — сказала она с важным видом, — чтобы ничего не упустить. Они приедут в пятницу. Как ты думаешь, Люси понадобится туалетный столик?

Оскар, который уже углубился в кроссворд из «Таймс», благородно отложил газету в сторону и снял очки, словно без них ему думалось лучше.

— Но кровать, конечно, потребуется.

Сделав некоторое мыслительное усилие, Оскар внес свой вклад в обсуждение проблемы.

— Наверное, и гардероб?

— Нам ни за что не втиснуть его под такую покатую крышу. Сойдут и крючки на стене. И вешалки.

И Элфрида сделала пометку в блокноте.