Чужая роза (СИ)

Ощущаю внутри странную, почти болезненную привязанность, крепнущую день ото дня.

Что сказать? Меня это пугало. Слишком быстро. Слишком непредсказуемо и сильно. Так не должно было случиться, и все же случилось. Неужели прошлое ничему меня не научило? Неужели я снова готова влюбиться? Нет, это было бы ужасно. Я хочу вернуться домой, мне не нужны никакие отношения, я не собираюсь ни к кому привязываться.

«Надо уходить» — твердила я себе, глядя в разные по оттенку глаза и утопая в темноте призрачной маски.

«Надо уходить» — убеждала себя, просыпаясь на смятых простынях огромной постели.

«Надо уходить, Леся», — безмолвно твердила, наблюдая за играющей с яркой лошадкой Беттиной. Бетти радовалась и лопотала отдельные слоги на саритийском и ветерийском, а я следила за ней, и не могла отделаться от мыслей о герцоге. После первой нашей ночи я попросила у него разрешения навещать Бетти не два раза в неделю, а каждый день, и Абьери согласился. Он даже предложил мне карету и сопровождение, но я отказалась — не нужны мне никакие соглядатаи! Особенно учитывая предстоящий побег. И теперь я видела Беттину так часто, как только могла, и проводила в домике ньоры Арелли почти все свободное время.

«Скоро мы будем дома, Беттина, — обещала я своей девочке, когда мы гуляли по площади, и Бетти весело смеялась, наблюдая за толстыми наверейскими голубями. Они отличались от птиц моего мира более яркой окраской и зелеными глазами. — Осталось совсем недолго»."

"Я хотела немного выждать, прежде чем забирать камень из аргестерия. Пусть герцог и приказал зачаровать сокровищницу на мою кровь, но мне нужно было как-то усыпить бдительность Сантони. Если я просто приду и заберу кольцо, толстяк наверняка тут же сообщит об этом герцогу. А вот если я принесу на хранение какую-нибудь драгоценную безделушку, то аргери ничего не заподозрит. И мне останется только незаметно стащить камешек и сбежать. Так что я рассчитывала в ближайшее время намекнуть Абьери о своей любви к драгоценностям, а чуть позже раскрутить его на подарок. В конце концов, раз уж я теперь содержанка, значит, мне по штату положена любовь к цацкам и умение виртуозно их выпрашивать.

«Засунь гордость подальше, Леся. Сейчас не до нее».

Я невесело усмехнулась и уставилась в окно. В моем случае поговорка «от тюрьмы и от сумы не зарекайся» пополнилась еще одной составляющей. Никогда не думала, что придется брать плату за секс, но жизнь и тут сумела удивить. Пожалуй, у меня уже скоро сил удивляться не останется.

— Ньора Алессия, ваш завтрак.

Мартина тихо проскользнула в комнату, поставила на стол поднос и поклонилась. В спальне запахло сдобой и персиковым вареньем. Над изящной чашкой поднимался ароматный пар, и я с наслаждением поднесла ее к губам.