Ванька-ротный

– Что там у тебя?

– Меня в штаб полка вызывали. Сказали – командир 48-го полка убит. Велели спросить, вы поедете на похороны?

– Какие еще похороны? Ты о чем старшина говоришь? Разве на фронте, здесь у нас, кого всей дивизией хоронят?

– Вы не в курсе дела. Убит Каверин. Вчера снарядом его убило. Начальник штаба велел вам передать, что от разведки одного представителя нужно послать. Похороны с оркестром завтра в 11°° в Леозно. Это тот самый молодой подполковник, которого в полку никто не любил? Родственник Квашнина?

– Он самый, старшина.

Старшина присел на край нар, достал свой кисет в виде женских панталон, со шнурком на поясе. Растянул шнурок, достал щепоть махорки и закурил.

Кисет у старшины был здорово похож на нижнюю женскую часть без юбки. Старшина не любил курить трофейные сигареты. Они пахли веником, как он говорил, и крепости никакой не имели. Мы сидели на нарах некоторое время молча.

Я вспомнил первый момент, когда впервые увидел Каверина. Тогда, он был еще капитаном. В дивизии он появился вместе с Квашниным. Числился в штабе, а появлялся на глаза вроде как адъютантом. Под Духовщиной он получил полк и быстро стал майором. А после Леозно он был уже подполковником. Не долго он поднимался по лестнице. И вот теперь пришел его конец.

Интересные дела, творились тогда на фронте. В боях отличались подставные лица, а те, кто шел на смерть, оставались в тени. Духовщину брал наш полк. На следующее утро в городе появился Каверин. И что вы думаете? В официальных отчетах дивизии взятие Духовщины было приписано этому Каверину.

– На похороны поедешь ты старшина. Будешь, так сказать, представителем от разведки. Надень свой новый картуз. Тыловые все в картузах на похоронах будут. Побрейся, подмойся, одеколоном надушись. А то все время ходишь не бритый и от тебя запах идет, как от солдатской портянки. Ты старшина разведчик. У тебя должен быть гвардейский вид. Потом придешь, расскажешь нам с Федей, что там было.

Старшина с похорон явился трезвый. На поминки к столу его к Квашнину не пригласили. Старшина рассказал:

– Каверина хоронили в гробу, обтянутом красной материей. Венки из лапника наделали. Ленты с надписями подвесили.

Саперы бревна пилили на доски, отстрогали и пригладили их фуганком. Гроб сколотили по всем правилам похоронного дела. Перед опусканием в могилу гроб накрыли гвардейским знаменем дивизии. Оркестр жалобный марш играл на трубах, Батарею пушек сняли с передовой. Боевыми стреляли, когда гроб опускали в могилу. Всю тыловую братию согнали туда. Командиры полков стояли у гроба. Ружейный салют из семнадцати залпов в воздух дали.

– А почему семнадцать? – спросил я.

– Наша дивизия семнадцатая, вот семнадцать и дали. В общем, похороны прошли на высоте! Дело сделано.