Ванька-ротный

Запах жилья и дыма, людского и конского пота явственно доносило до нас слабым ветром. Пройдя ещё километра два, мы увидели, что здесь стоят тылы какого-то полка. Своих можно узнать по особым приметам. Вроде на всех шинели, шапки и валенки одинаковы. Но по тому как их носят повозочные, как на них примяты напялены шапки, где они держат варежки за поясом или пазухой, по лошадям и по упряжкам, не зная в лицо своих тыловиков, мы сразу их узнаём. Подходишь поближе и сразу видны приплюснутые физиономии повозочных. Это сибиряки. В боевых подразделениях у нас давно сменился и не раз солдатский состав. Сибиряков никого не осталось. А в обозе полков, чего им может сделается? Как были при лошадях, так и живут, славу бога. Война им хоть на двадцать лет. Лес, где стояли тылы одного нашего полка был не на высоком месте. Копать землянки даже зимой здесь было бесполезным делом. Вода была близко под мёрзлой коркой земли. Поэтому по дедовскому способу на поверхности земли ставили бревенчатые срубы и накрывали их плоскими крышами из брёвен. Получалось вроде сарая, вроде теплушки. Бревна конопатили, мха было навалом, внутри ставили железные бочки с трубами и топили сколько каждому влезет. В срубах имелся узкий проход, завешанный куском палатки или мешковины. Люди входили и выходили, садились на возки и куда-то исчезали. Между теплушками толкались солдаты, фыркали лошади, смотрели на людей и жевали сено. От куда-то выбился запах солдатской кухни. Запахло приятным запахом солдатского варева. У тыловиков сейчас была серьёзная работа. Они только что переехали. Им нужно было достроить склады, заготовить дров, подвести сено, вырыть колодцы и сделать многое другое, что требовала боевая обстановка. Когда на переднем крае начнут убивать пехоту, у них наступит передых, а сейчас при полном комплекте полков у них самая тяжёлая работа. Каждый день передовая кроме кормёжки требовала патроны, снаряды, лопаты, железные ломы, кирки и взрывчатку. Руками, схваченную морозом, землю не ковырнёшь. Рыть окопы в мёрзлой земле дело не плёвое! Нужны боеприпасы, бензин для ночных светильников, километры телефонного провода, мотки колючей проволоки. Дивизия вставала в оборону. Она растянулась на десяток километров, сменив сразу несколько потрёпанных в боях частей. -Ваш майор Малечкин здесь! – крикнул часовой, когда мы проходили мимо него с повозками и пулемётами. -Товарищ майор! Батальон подошел! Майор Малечкин вышел из теплушки. Он улыбнулся и помахал мне рукой По внешнему виду он вроде больше не болел. Он был свой, как говорят, среди полкового начальства. С марша он уехал, когда заболел и теперь поджидал нас в тылах 45 гв.полка. Нам предстояло выйти на передний край, где уже занимали оборону стрелковые роты.