Ванька-ротный

Огневое превосходство немцев всех ставило на свои места. Роты впереди, комбаты, штабы и пушки сзади, подальше от пехоты чтобы уцелеть. В полку часто оставалось полсотни боевых штыков, в то время как в штабах и тылах сидели до тысячи. Но и те и другие знали свои места. Никто из тыловых не претендовал на должность командира стрелковой роты. Одни глотали осколки и лопали свинец, другие жевали сало и поднимали чарки за победу. Вон замком полка по этой самой части, одной рукой тянется к телефон, другой держится за сиську. Для кого война, а для кого хреновина одна! А потом он будет рассказывать пионерам, как воевал на фронте, лчино, под пулями ходил. Здесь на передовой, где землю роют немецкие снаряды, гдк льётся кровь и люди прощаются с землёй, об этом думать солдаты не могли. Никому в голову не приходило, что где-то там сзади лежит замкомполка и греет руки, под пёстрым одеялом. Но справедливости ради, нужно сказать, что на передовой однажды произошёл подобный случай. Этому есть живой свидетель – Соков Пётр Иваныч. Случилось это в обороне, где несколько дней подряд шёл дождь. Залило хода сообщения. Солдаты сидели в окопах, никто не хотел ходить. Кому охота черпать мутную жижу сапогами. А поверху постреливал немец, кругом стоят лужи, гляди не поскользнись. Случилоcь накануне прислали в роту нового офицера на должность командира взвода. Его направили из артиллерии по некотрым соображениям в пехоту. Родом он был из Ачинска, как в дивизии говорили-свой! Земляк! Паря! До войны он служил в этой дивизии.В звании он был старший лейтенант На передовую его привел связной из полка. Мне позвонили,что его пришлют ко мне в роту. Но где и как он проштрафился и за что его послали на исправление в пехоту по телефону мне не сказали. Телефонистам видимо не положено было знать эту информацию. Я узнал от своего политрука Сокова, что старший лейтенант в тылу разложился. Теперь он прибыл как офицер оправдать своё доверие. Попасть из артиллерии в пехоту-заживо похоронить себя! Когда связной доложил о его прибытии, я отпустил солдата и предложил старшему лейтенанту место рядом на нарах. Я повел разговор о порядках на передовой в пулемётной роте. В конце разговора я добавил: -Меня хотели настроить против тебя. Я отказался. Это дело не моё, перевоспитывать морально неустойчивых офицеров. Я командир роты, на моей шее целая рота солдат. У меня своих забот хватает. Вон политрук, он все равно ничего не делает. Поручите ему. – Скажи! Что собственно произошло? Мы помолчали. -Хочешь рассказывай! Хочешь не говори! Это дело твоё! Я не настаиваю! Старший лейтенант замялся. Достал пачку папирос ""Беломор"" угостил меня,закурил сам и по видимому нехотя стал рассказывать свою историю. – Снарядов у нас маловато. На каждую пушку держали только запас НЗ.