Ванька-ротный

\ Мы не стреляли по легковым машинам, не хотели тревожить и раздражать немецких офицеров. Мы делали своё чёрное дело по малому. Мы убивали немецких солдат. \Для солдат двойной забор никто городить не будет.\ Потери простых солдат на войне никого не волнуют. У немцев за забором проходила основная магистраль. По ней они выходили из города и ездили в Духовщину. В Духовщине в то время стоял немецкий армейский штаб. \Как рассказывал один пленный, на площади в Духовщине был сооружён глубокий связной блиндаж. Он имел прямую связь с бункером в Смоленске. Я видел его потом. И нигде при движении на запад нам не встречались подобные сооружения.\ Но вернёмся к забору! Забор прикрывал улицу и упирался одним краем в дорогу. Он обрывался в том месте, где стоит теперешний интернат. А другая сторона уходила в города и пряталась за домами. Чтобы сбить немцев с толку и заставить поверить в случайный характер обстрела, мы давали короткие очереди иногда просто так, не подлавливая никого. Обстрел вслепую ночью тоже приносил свои плоды. Мы чувствовали, что задели немцев за живое, потому что они начинали озверело бить по двум домикам у льнозавода из пулемётов. Мы ежедневно меняли время обстрела и расчётливо брали свою дань и жертву за забором. Немцы стали тщательно изучать наш передний край. Из больницы, что стояла правее мельницы, они установили постоянное наблюдение. Они пристально следили за нами и готовили нам расплату. \Они воспользовались нашей беспечностью и засекли все ходы и выходы\ Они постепенной узнали, где мы спим, где мы сиди и греемся на солнышке, где и в каких избах у нас топятся печки, где жарим мы тухлые блины и куда потом бегаем, на ходу расстёгивая пуговицы. Тщательным наблюдением немцы установили, когда мы ложимся спать и когда встаём. Откуда утром выходим, потягиваясь и зевая. Теперь мы были у них на прицеле. \Но не на винтовочном и пулемётном, а на оптическом артиллерийском прицеле противотанковой пушки.\ Пушка стояла напротив, в створе ворот одноэтажного каменного дома. Он и сейчас стоит на том самом месте. Посмотрите на столбы в воротах и стены дома. Они все снарядами изъедены. Но немцы не торопились с ответным ударом. Они почему-то медлили и чего-то ждали. Может, сомневались в своих расчётах. Может, собирались нанести удар наверняка. Возможно, они не хотели нас зря потревожить и спугнуть. Их смутило одно обстоятельство. Дело в том, что голодные солдаты, обшарив все закоулки, этажи и лотки на мельнице, наткнулись на большой моток льняного шпагата. Я попробовал крепость ниток на разрыв и пришёл к выводу, что они выдержат приличную нагрузку. Это была кручёная самотканая льняная нить. Мне сразу пришла идея запустить в сторону немцев змея.