Ванька-ротный

Возможно, двоим удалось бежать из совхоза, хотя стоявшие снаружи у окон солдаты клялись и божились, что не упустили ни одного. Я ещё раз осмотрел следы на снегу. Они шли двойной дорожкой от окон прямо в лес. Ясно было, что двое немцев сбежало из дома. Солдат стремится сначала соврать, чтобы выяснить, какое за это будет наказание. Он хочет скрыть свою промашу. Но я не стал уличать их словами. Я лишь показал им следы на снегу.

– Из-за вас, двух разгильдяев, потом погибнут другие, которые станцию будут брать! Осмотрев еще раз дом внутри и снаружи, я пошел к Черняеву, который находился у сараев. Двойные двери сараев были закрыты. Снаружи под каждую из дверей были подперты наклонные брёвна. Откинув брёвна в сторону и отворив двухстворчатые двери, мы все внезапно отпрянули и попятились назад. Из темноты сарая на нас смотрел орудийный ствол немецкого танка. Было такое впечатление, что вот он сейчас заворчит [мотором], поведет стволом, лязгнет гусеницам и тронется на нас. У нас даже спёрло дыхание от неожиданности. Но вот минута нашего замешательства прошла. Из танковой пушки в нас не стреляли, из пулемёта тоже не полоснули, мы были по-прежнему живы, целы и стояли в оцепенении. Через минуту мы начали уже

– 34 – соображать. Что мы могли сделать против танков, если у нас в руках %%% винтовки? Мы воевали без всяких правил. У них солдаты и танки, сотни орудийных стволов. А у нас [стрелковые роты] солдаты стрелки с винтовкой и обоймой всего в пять патрон. Но вот наконец солдаты зашевелились и осмелели. На черной стальной обшивке четко вырисовывались черные с белым немецкие кресты. Танк был мертв и холоден как лёд. Немцы повидимому загнали их в сараи, законсервировали на зиму и оставили до весны. Полагая весной пустить их в дело. По внешнему виду танки были совершенно новыми. Краска [на боках] нигде [не слезла, на поверхности ни одной царапины] не поцарапана и не задета. Гусеницы и ходовые колеса блестели, они были новые и совсем не сработаны. [Видно, что в Калинин их привезли железной дорогой на платформах тягачами.] Бензина у них не хватило? Или масло в моторах застыло? Так решили мы. Настоящая война для нас только начинается, хотя в действующей армии мы числились уже четыре месяца. Для нас всё было ново, незнакомо и необычно. Немцы, которых мы теперь брали в плен, по-прежнему были для нас неразрешимой загадкой. Они нас гнали по полсотни километров в [сутки] день, теперь зимой они боязливо бежали как зайцы, бросали деревни и без сопротивления сдавались нам в плен. Как их понять? Где тут зарыта собака? Нас посылают вперёд. На солдата не больше десятка патрон. [Мы гоним немцев.