Жестокий роман

Мужчины занимают передние сиденья. Мы располагаемся позади. Каждая за спиной своего парня.

Запинаюсь. Пусть мысленно. И все же… могу ли я назвать Марата своим парнем? Не встречаемся, никаких отношений нет. Он собирается меня убить. Не скоро, не в ближайшем будущем. Но факт остается фактом.

А впрочем, он меня своей бабой назвал. Значит, и я вполне имею право на вольность. Как пожелаю, так и назову.

Время пролетает быстро. Девушка поднимает одну тему беседы за другой, очень легко и совсем непринужденно поддерживает разговор. Обсуждая разные вопросы, отвлекаюсь от тягостных рассуждений.

— Я вам машину оставлю, — говорит Джон. — Мы пешком пройдемся. Вы пока на пляже отдохните. Как надоест — ждем.

Алена чмокает его в щеку, что-то шепчет на ухо и снова чмокает.

Покидаю салон авто. Марат выходит следом, накрывает талию горячими ладонями, притягивает вплотную. Склоняется и жестко бросает:

— Без глупостей.

— Это остров, — усмехаюсь. — Куда я денусь? Нет ни денег, ни паспорта. Местного языка тоже не знаю. Вряд ли мне помогут за красивые глаза.

Он ничего не отвечает. Только проводит большим пальцем по губам и тяжелым взглядом клеймо внутри выжигает.

Почему так больно?

Я сглатываю и отворачиваюсь.

К счастью, Алена уже выскальзывает из машины. Подхватывает меня под руку, ведет в сторону берега. Полностью игнорирует Марата."

"Если бы и я могла его просто игнорировать. Вычеркнуть из головы. Вырвать. Выдрать. Чтоб никакого следа, ни единого намека не осталось.

— Жаль, в самом городе не найти нормальный пляж, — произносит Алена, и ее мелодичный голос помогает изгнать из тела льдистое оцепенение. — Зато какая там атмосфера. Думаю, спешить нам некуда. После пляжа отправимся в центр, погуляем, покажу тебе местные достопримечательности. Здесь многие здания остались в первозданном виде. Прямо вот как в шестнадцатом столетии. Представляешь?

Наверное. Прежде я всегда ценила подобные возможности: посетить новую страну, город, узреть интересные памятники искусства. Я обожала театр, оперу, старалась не пропустить премьеры. А теперь… если честно, глубоко наплевать мне на все музеи вместе взятые. И на исторические места. И на лучшие в мире спектакли. И на сам мир в целом.

— Вы давно знакомы? — спрашиваю я. — Ты и… Джон.

Алена закусывает губу, а потом как-то странно улыбается.

— Всю жизнь, — наконец, выдает она. — Иногда именно так кажется. А может, мы даже раньше познакомились. Просто не сразу друг друга узнали.

— Вы красивая пара, — ни капли лукавства. — И заметно ваше отношение. Ваши чувства настолько сильные и настоящие, что даже у посторонних наблюдателей дыхание перехватывает.

— У тебя и Марата иначе?

Отвожу взгляд.

У нас — никак.

— Понимаешь, — продолжает Алена. — Это же не сразу так получилось.