Роковое селфи

Я любила его таким, какой он есть. Несмотря ни на что. Я простила эти оскорбления в лицо. Знала, что в нём кричала боль. Я — причина этой боли. Он любит меня, я не сомневаюсь. Но слишком гордый, чтобы простить измену. И я тоже! Пусть её и не было — он об этом не знает. И я принимаю это.

Спасибо, что это было... Я была бескрайне счастлива. А теперь ношу самого прекрасного малыша под сердцем — его сына или дочь. Что может быть лучше в жизни женщины, чем ребёнок от любимого? Поначалу, я испугалась, и даже расстроилась. Но потом я поняла, что это — огромное счастье! И этот ребёнок меня уже спасает — ради него я держусь, и пытаюсь не истязать себя никому не нужными страданиями.

28.

В один из вечеров вышла из театра. Напротив входа стояла та самая чёрная машина. Я остановилась и стала смотреть на неё. Ну зачем он сюда ездит, если даже поговорить не хочет выйти? Просто посидеть в машине? Очень мудро и по-взрослому!

И тут случилось то, чего я боялась и ждала — Роман вышел из машины. Он смотрел на меня и уже сделал шаг в мою сторону. Моё сердце пустилось отбивать неровный рваный ритм, как вдруг…

— Привет.

Оборнулась — Женька с букетом. Чёрт!!! Ну почему сейчас?!

Я посмотрела на Романа. Его лицо опять исказилось тем злым оскалом раненого в сердце зверя, что я уже видела. Он молча сел в машину, та с визгом сорвалась с места и улетела за считанные секунды. Ну что у меня за талант так тупо попадать?! Он почти со мной решился поговорить…

Это всё. Внутри меня что-то оборвалось и, упав об асфальт, вдребезги разбилось. Последняя нить между нами разорвалась. Он больше не приедет посмотреть на меня издалека. Он никогда не поверит мне. Он подумал, что мы вместе с кудрявым... Не зря же блондин припёр мне веник.

В бешенстве обернулась на Женю. Молча забрала цветы и начала лупить ими прямо по кудрявой морде! Парень в шоке отбивался и просил прекратить это. Но я не успокоилась, пока не облетел последний лепесток с моих любимых белых роз.

— Я беременна. Поэтому свали уже! Оставь меня в покое! — кричала, задыхаясь после активных маханий веником.

— Ясно, — блондин опустил вниз глаза. — Я ж не знал, Аль.

Ему было больно. Мне тоже. И морально, и физически.

Вдруг меня пронзила зезкая боль внизу живота. Я согнулась и упала прямо на асфальт. Кто-то куда-то меня хватал, нёс, веёз. Я не понимала ничего — была только эта адская боль и фраза, срывающаяся с моих губ:

— Ребёнок... беременна... Ребёнок...

***

Не знаю, откуда появилась вдруг Аня, но я точно слышала её голос:

— Срочно примите её. У неё нервный срыв, и похоже на выкидыш. Она держится за низ живота.

— Садитесь в лифт, поднимайтесь на третий этаж, там гинекология, — быстро среагировал медбрат. — Я позвоню им, чтобы осмотрели срочно девушку.

— Спасибо, — сказала Аня и потащила меня в лифт.

Меня завели в кабинет.