Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

- Тут хватит и укрыться, хотя ночи теплые… - помог он мне лечь и даже стянул ботинки. Накрыл ноги краем накидки и расстроено пробормотал: - На мою голову…

- Спасибо… спокойной ночи, - бормотала и я тоже.

- А? Что вы такое сказали? – переспросил он, наклоняясь ко мне.

- Не обращайте… это я… так… - и это все, что я смогла вспомнить потом – из последнего. Что пожелала ему спокойной ночи по-русски. И ничего страшного. Я уже спала…

В тяжелый, мертвый сон провалилась сразу. Мозг вырубился и мне все равно было на жесткость постели, на то, что пытаются то ли будить, то ли переложить снова куда-то, раздеть… заботливый старикан. Так что-то… - мимо сознания. Касания, шелест ткани, запахи… С запахами здесь отдельная история – я помнила - удушливые…

Что-то пыталось пробиться в сознание - грубые толчки, рывки… непонятное болезненное ощущение вырвало из глубочайшего сна… почти вырвало. Но легкая боль как-то быстро ушла, вообще все быстро ушло – качание, ритмичный плеск волн... Я так и не проснулась полностью – только спала уже иначе – не мертвым сном, а с картинками…

Шония за руку вел меня вдоль моря… волны набегали, качая землю, а потом он остановился и рывком прижал меня к подоконнику, вздернул на него, а я обняла, прижимая к себе его голову. Млея, сунула пальцы в короткие жесткие волосы. Мы целовались. Жадно, глубоко - будто жизнь зависела… Жесть! Я разом, резко проснулась - в холодном поту и с ощущением уже случившейся беды. Нам нельзя!

Потерянно уставилась в темноту и с облегчением обмякла – сон, блин! Просто сон… Вообще первый раз такое. Сердце потихоньку успокаивалось, рядом никого не было, и только запахи… сильный запах мужских духов – резкий и яркий. Я заворочалась и села в кровати – мозги работать не желали, сознание возвращалось медленно. Но что замерзла, чувствовалось и я стала шарить рукой, пытаясь найти край плаща и укрыться. Так… уютненько завернуться в него и снова… опять спать. Дальше. Долго.

Укрываясь, обнаружила вдруг, что ноги голые и живот тоже, и холодно мне было именно там. И уже осознанно проведя по внутренней стороне бедер, почувствовала на ладони липкую влагу. Размазала ее, не понимая… месячные, что ли? У Маритт они были. Подняла пальцы к глазам и к носу… Хоть глаз выколи – темно! А вот нос работал… и до меня тихо доходило. Этот запах знает каждая женщина – острый и пряный запах мужской спермы.

Дыра внутри затягивала и засасывала, впереди – мрак беспросветный! Ничего святого в мире, ничего хорошего для меня – проклята! Нет – убита! Добили, суки…доконали. Я давилась, рыдала в подушку и задыхалась в ней - до спазмов и судорог! А потом ржала, как … туда же – в подушку и до икоты. На удивление, что-то еще контролируя - почему-то важно было, чтобы меня не услышали – никто. Это только моя беда! Снова беда.