Реквием по любви. Грехи отцов

Но, увы. Ублюдкам закон не писан. Их действия не поддаются никакой логике. Я просчитался. Сам того не ведая, поставил тебя под удар. Нет таких слов, чтобы выразить, как сильно я сожалею об этом. Как сильно раскаиваюсь.

- Вот и не сотрясай воздух. Я все равно не верю ни единому твоему слову.

- Почему же?

- Спустя всего пару недель, после нашего расставания, ты свалил за бугор с другой бабой! На которой, ко всему прочему, еще и женился. Вот, почему!

- Ирина…

- Предатель!

- Дай объяс…

Новый хлопок. Очень громкий. Даже звенящий.

А следом:

- Я все знала! Знала, на кого ты меня променял!

- Брак был фиктивным. Между нами никогда ничего не...

- Мне плевать! – яростно. – Факт остается фактом – ты женился на ней! И в качестве своей спутницы выбрал ее. А мне… даже не предложил… эту роль!

- А ты согласилась бы? Уехала бы со мной? Усыновила бы Кирилла?

- Какая теперь разница?

Приглушенный удар. Будто бы кулаком в стену.

Затем напряженное:

- Бл*дь! Да я сотни раз задавал тебе этот вопрос! Напомнить, что ты мне отвечала? Ни за что! Никогда! Ни в этой жизни! Здесь я родилась, здесь и умру! Что мне оставалось? Силой тащить тебя в другую страну?

- Я была слишком глупа, и не могла здраво оценить последствия своего упрямства! – взвизгнула Ирина Павловна. – Лучше бы ты и правда заставил меня, Боря! Лучше бы скрутил, и силой вывез из страны! И тогда наш сын был бы жив. И я… тоже. Но, ты пошел иным путем. В итоге, убил нас обоих!

- Не говори так! – рваный вдох, судорожный выдох.

- А как я должна говорить?

- Вообще молчи. Просто молчи, и позволь мне…

- Не позволю!

- Ира! – предостерегающе. – Не провоцируй!

- Ненавижу!

Очередная пощечина. Еще более звонкая, и бесконечно яростная.

- Я не в силах исправить прошлое! – горький смешок. – Хоть башкой о стену бейся, ничего не изменить! Я поступил, как ублюдок. Как конченная мразь, и презираю себя за это. Но жизнь ведь не окончена! У нас есть… настоящее…

- Именно. И в этом настоящем я ненавижу тебя всем сердцем!

- Ты лжешь, моя сладкая, - напряженно, вкрадчиво. – Безусловно, ненавидишь. Есть за что. Но… не всем. Не всем сердцем. Я же чувствую!

- Едва ли! Тебе показалось, Боря!

- Что ж… это легко проверить.

- Не прикасайся ко мне! Не взду…

Грохот. Град пощечин. Рваное дыхание. Невнятное мычание.

Снова грохот, и жалобный скрип старого тумбового стола.

- Отпусти! Немедленно!"

"- Думаешь, мне легко далось то решение? – гаркнул Прокурор так, что задрожали стены. – Нет! Я тоже любил тебя. Как никого и никогда в своей жизни! У меня годами не получалось вытравить тебя из своих мыслей, из своего сердца! Ты мерещилась мне в каждой встречной девке! Я больше пяти лет ни к кому не прикасался. Не мог. Воротило от всех. Тебя хотел! Одну тебя! Но понимал, в какой опасности ты окажешься рядом со мной. Да, мне так казалось.