У Великой реки. Битва

Это только днем далеко назад видно, стоит из рубки выглянуть. А ночью… сколько раз такое было, что речные лихие люди разглядят, что отдельного дозорного сзади нет, и догоняют потихоньку, скрытые сперва темнотой, а потом и высоким бортом. А когда они уже близко, взять на прицел выходы из рубки и трюма проблемы нет. И все, считай, что баржа захвачена, а те, кто на ней, – покойники или в рабство проданы. Поэтому специально для кормовой вахты оборудовано заглубленное гнездо в палубе, с тентом сверху, и на каждой барже ночью в нем по человеку сидит. Всегда, если жить не надоело.

– Ну если уж Лари обещала, то можем не беспокоиться, – кивнул я.

– Как ты думаешь, кто она такая?

– В смысле? – переспросил я.

– Не верится мне, что она просто вечная любовница и светская львица. Недоговаривает она что-то.

Это уже серьезное заявление. Одно дело, если просто один человек о другом говорит, что тот неискренен, и совсем другое дело, когда говорит сильный колдун, или колдунья, как в нашем случае.

– Проверяла. Лгать она не лжет. Вообще. Но есть что-то, о чем она не считает нужным рассказывать.

– Ну милая моя… – протянул я. – У меня тоже полно такого в жизни, о чем совсем рассказывать не хочется.

– Естественно, – кивнула Маша. – Я ее ни в чем плохом не подозреваю. Я даже пугаться ее перестала. Но есть у меня ощущение, что не она с нами, а мы с ней. Как будто она тут главная и знает больше нас всех, вместе взятых, о том деле, которым мы занимаемся.

Мне надоело ходить вокруг да около.

– Она тоже охотится, – ответила Маша, отпив чаю. – Или на Пантелея, или еще на кого-то. Может, даже на самого Ашмаи, не к ночи будь помянут.

Она даже сплюнула три раза при упоминании имени лича.

– Возможно, – согласился я. – Я уже подумывал об этом. Очень уж она для обычной авантюристки, пусть даже не человека… Ну как сказать…

Я щелкнул пальцами, силясь подобрать определение.

Как ни странно, но именно это слово описывало Лари лучше всего. В бою она меня, опытного солдата и охотника, затыкала за пояс одной левой. Умение заплетать мозги любому гуманоидному существу прекрасно уживалось с удивительно трезвым и логичным умом. Красота в любую минуту могла смениться маской демона, а маска – непринужденным изяществом ее женственности. Плюс не следовало забывать о том, кто же она по происхождению – тифлинг из рода бойцов-полудемонов.

– Согласен, – еще раз кивнул. – Но я ее не опасаюсь. А ты?

– Я тоже, – ответила Маша. – Просто у нее целей в нашем походе больше, чем кажется на первый взгляд. А ты мне вот что скажи…

Она слегка задумалась, отпила чаю.

– А ко мне ты как относишься?

– Прекрасно отношусь, а что?

– Я не о том… – Она помахала ладонью, чуть раздраженно.