Дропкат реальности, или магия блефа

К сожалению, реалии оказались далеки от сказаний. Парнишка осознал это сейчас, ощущая спиной холод, идущий от земли. Умирать не хотелось.

– Всер-р-радетеля-я-я. У него амулет есть, – выдавил Леш, сам себя презирая за сказанное. Голос его дрожал, а в душе боролись два чувства: желание отомстить за отца и здравый смысл, подсказывающий, что для осуществления некоторых планов стоит найти противника помалахольнее.

Мужчину же заинтересовали последние слова недоросля, и он решил уточнить:

– А что это за амулет?

Леш сглотнул, про себя решив, что не произнесет больше ни звука. Капли крови, выступившие из-под лезвия, стали весомым аргументом в пользу диалога.

– Владыка сам попросил сделать амулет, способный излечить любые раны и болезни, специально для него. – Парнишка замолчал, переводя дух.

– И ты сделал? – Квинтессенция сомнения в голосе мужчины была почти материальна.

– Не я, мой отец, он… с даром был. Сделал. Хозяин амулета никогда не будет болеть, его невозможно будет убить или отравить.

Илас изогнул бровь и поинтересовался:

– А что будет, если снять амулет?

Леш, которому порядком поднадоело лежать, попытался принять хотя бы более удобную позу для беседы и поерзал. Была затронута его любимая тема: амулеты. Раньше малец мог часами слушать объяснения отца. Но в миру с кем поговоришь о таком? Мигом на костер отправят. А сейчас – терять-то особо нечего, даже жизнь вон и то не в руках хозяина. Осмелев, парень пустился в разъяснения."

"– Все зависит от того, в каком состоянии был хозяин в тот момент, когда отдавал амулет, и сколько раз подвеску приходилось использовать по прямому назначению. Каждый раз, когда амулет активировался, у его носителя отнимались непрожитые годы. Если снять украшение, владелец может вмиг постареть, и вылезут наружу те болячки, от которых амулет излечил.

– А если владел амулетом недолго, а когда его снял, чуть не умер? Тогда это что значит?

Леш попытался пожать плечами и разворошил заиндевевшую листву, что коричневым ковром покрывала все окрест.

– Наверное, это значит, что хозяин сейчас смертельно болен… – протянул недоросль неуверенно.

Илас еще раз скептически оглядел мальца и, отведя острие от горла поверженного противника, по-простому сунул меч под мышку.

– Всерадетеля здесь нет, в этом можешь быть уверен. А теперь проваливай и впредь учись оценивать противника.

Не говоря больше ни слова, мужчина развернулся и зашагал к дверям.

Леш остался сидеть на земле. Ноги его предательски дрожали, а пальцы непроизвольно перебирали жухлую траву, торчащую из кочки. Наконец он поднялся, инстинктивно сжав в кулаке выдернутый травяной пук, и упрямо мотнул головой. Но Илас этого уже не видел.