Развод. Я к тебе (не) вернусь (СИ)

Денис вздрагивает, по коже мгновенно мурашки рассыпаются. — Все нормально.

— Свет.

Мы так близко друг к другу, его лицо рядом. Он лбом почти моего носа касается. Волнение шпарит сильнее обычного, будто впервые друг друга познаем. Как же хочется обнять, как же хочется! Денис вовсе не дышит. Замер, неловко касаясь одним коленом пола. Руки напряжены, на шее вены повздувались. Господи… Боже… Как же это все…

Он же все время рядом. Что бы не произошло, сразу руку помощи протягивает. Денис, что же ты сделал с нами! Что же ты натворил. Но время странная штука. Видимо правда стирает грани недозволенного непрощения. Веду по коже руками, под следом ярко вспыхивает и не гаснет. Муж прикрывает глаза и раздувает ноздри, как загнанный дышит.

Я в таком же состоянии. Он рядом. Он со мной. Он другой.

Провались все уже в бездну. Не могу. Не могу-у-у!

— Ты чувствуешь это, — подносит пальцы к губам и обжигает горячим дыханием. Медленно целует, останавливаясь на каждом ноготке. — Чувствуешь, я знаю. Можно сниму?

Отбрасывает полотенце, рассыпает мокрые волосы по плечам, нежно перебирает и шепчет, что я безумно красивая. Как завороженная смотрю, внимаю каждому слову. Мы взволнованы, оплетены волшебством тягучей минуты, зачарованы и очарованы.

— Денис, я…

Не успеваю сказать. Он легко подхватывает на руки, быстро несет наверх. Оплетаю шею, зарываюсь, с жадностью вдыхаю. Кадры ночного берега мелькают под закрытыми веками сладкими всполохами. Меня охватывает топкое предвкушение и ужасное потрясение от предстоящего.

— Свет, — ставит перед кроватью. — Клянусь, ты не пожалеешь больше ни о чем. Все для этого сделаю. Слышишь? — его губы прижимаются к моим. — Я тебя люблю, родная. Одну тебя!

Глава 39

По спине бьет током. Кинжальным жалом проникает в сердце острая привязанность, нежностью и потаенной сжатой в клубок яростью растекаюсь. Бугрюсь выгнутым горбом, как маньяк зависаю над вожделенной жертвой. Руки занемели, но опуститься не могу, все еще разглядываю Свету.

— Ты так смотришь на меня.

Не отвечаю. Не потому, что нечего сказать, просто дыхания не хватает, боюсь сбить настрой хриплым карканьем. Прикрываю веки, непроизвольно дергаю горлом. Маленькая моя, если бы только знала, что внутри горит.

— Не могу без тебя.

Глухой шепот густо ложиться в пространство. Он окутывает нас теплым покрывалом, качает. Магия работает как надо, мы тонем. Мог ли думать, что эта женщина значит на самом деле для меня? Только полетев с обрыва и практически размотавшись на осколки, понял. Моя. Единственная. Она надежда, она мой дом, она мое все.

— Свет, — покрываю горящим телом, изгаженной душой захватываю, так хочу, чтобы верила. — Любимая, родная.

— Денис, — чуть не плачет.