Я разорву эту помолвку! (СИ)

Меня вела жажда славы, жажда совершить что-то достойное, чтобы спустя десятилетия имя мое произносилось с торжеством и гордостью жителями империи. Я хотел быть героем.

Гидеон выпрямился и вытер рот рукавом рубашки.

— А, Джеймс… ты вернулся. Я думал, что ты уже отправился спать… Мне что-то нехорошо.

— Гидеон, в чем дело? Ты выпил слишком много, лучше отдохни.

Вырвал очередную бутылку из рук кронпринца. Я был единственным во всей армии, кто мог себе это позволить и остаться безнаказанным.

Гидеон рассмеялся.

— Как всегда, ты ворчишь… Нет! Давай сегодня напьемся так, как никогда! Будто завтра не наступит! Нет, словно нам плевать, что случится потом! Никаких последствий, никаких сожалений!

Молча вздохнул и позволил принцу вырвать из рук отобранное минуту назад вино.

Гидеон закинул голову и в три глотка осушил половину, пока не поперхнулся жидкостью и не закашлялся, снова опустив голову вниз. Бутылка выскользнула из его рук и разбилась. Красное пятно расползалось по полу.

— Они уже близко, Джеймс, — принц смотрел на меня своими огромными глазами.

Я вздрогнул. То, что в них отражалось не на шутку меня встревожило.

— Их больше, чем нас. Гораздо больше, Джеймс.

О чем он говорит? Я нахмурился.

Разведка армии обязана докладывать все принцу и генералам. Но я не слышал этой информации. Видимо, его высочество не посчитал нужным делиться ею с остальными.

Насколько велик наш соперник? Что ждет нас там, за линией горизонта?

Гидеон потянул ко мне руки, пытаясь ухватиться, но я отпрянул.

В глазах его стоял ужас.

Сейчас весь он сам, в грязной одежде и нетрезвый, ничем не отличающийся от простых солдат снаружи, вызывал во мне отвращение…

Нет, все же отличающийся.

В их лицах я не видел страха.

Им было, что терять, но они не боялись. Они были готовы умереть. Те, кто без вопросов молча следовал воле государя и не получал взамен равнозначной благодарности. Остающиеся в тени победители и неназванные герои.

Эти люди, живущие по приказу, были храбрее тех, кто командовал войском и вел за собой сотни тысяч, отчаяннее того, кто гордо восседал на золоченном обитом бархатом троне и беднее тех, кто наделялся привилегиями из-за одной своей фамилии.

В чем вообще был смысл войн?

Впервые мне на ум пришелся такой простой вопрос. Разве не могут люди жить в мире?

Мне не нужны ни новые территории, ни богатства, которые пополнят казну империи… А слава…

Хотелось горько рассмеяться. Какой же я тщеславный урод! Не менее отвратительный, чем мой лучший друг сейчас… Все имеет свою цену. Но я не готов платить кровью за собственные амбиции и ложные идеалы.

— Джеймс… я не хочу умирать. Я не могу здесь умереть! Ты должен меня защитить, ты понял? Не дай мне погибнуть!"

"Гидеон схватил мое запястье.