Я разорву эту помолвку! (СИ)

Он закрыл дверь кареты и уже было собрался отдать приказ кучеру трогать, как что-то холодное коснулось его пальцев.

Принц опустил взгляд.

Две золоченных монетки лежали на сиденье.

Лакей, сидящий на облучке рядом с кучером, никогда не слышал, чтобы его господин так много смеялся.

Глава 9. «Сомнения жениха»

ДжеймсНа границе климат был суровым и отличался от тепла столичной осени. Прямые столкновения с противником не начались, но все подсказывало, что это уже близко.

Вышел из шатра Гидеона чтобы немного развеять хмель, ударивший в голову. Не знаю, как только он привез столько вина… Наверное, ограбил погреба дворца, глухо рассмеялся, представляя эту картину.

В лагере было все спокойно. Солдаты несли караул, готовили пищу на кострах и сидели вокруг очагов, проводя время в разговорах. Кто чистил оружие, а кто штопал подштанники, бездельников среди нас не было.

Дыхание вырывалось облачками пара, все надеялись на то, что снега не будет еще хотя бы пару недель иначе подвоз партии продовольствия для армии может затянуться.

Вино разжигало кровь, хотелось продолжить веселье.

— Командир, идите к нам!

Оглянулся.

У одного из костров расположились солдаты из моего батальона: некоторые лица были мне знакомы, некоторые нет.

Я опустился на служивший скамьей ствол старого дерева. Все-таки нам еще предстоит идти плечом к плечу на врага, совершать подвиги, мне нужно знать, на кого из своих людей я могу рассчитывать.

— А меня дома ждет жена и трое ребятишек. Вот такого росточка старшенький, — хвалился бородатый мечник, показывая рукой себе чуть выше пояса и басисто хохоча.

Люди рассказывали о том, по чему тосковали больше всего, о том, что ценишь, когда находишься в разлуке — о своих любимых, о доме и о времени, проведенном вместе с близкими в родных стенах.

Я слушал молча.

Говорили много, невпопад, иногда перебивая друг друга.

Пили солдаты брашку. Дешевый алкоголь, который можно было найти за звонкую монету в окрестных деревнях. Это не вино из закромов дворца. Я покачал головой, когда мне всучили переходящий по кругу пузырь.

— Неужели вас никто не ждет? — вопрос застал врасплох.

Его автором был мужик средних лет, вдвое старше меня, он смотрел необыкновенно умными глазами на то, как плясали языки пламени костра, отбрасывая на землю облизывающие пожухлую траву тени.

Я вдруг почувствовал, что стало зябко. Все же ночи здесь холоднее, нежели в пестрой и никогда не засыпающей столице.

— Нет, — повел плечом, отбрасывая холод. — Никто меня не ждет.

— Совсем? — мужик почесал лохматую бровь. — А меня вот ждет. Двадцать лет уже ждет. Я из одного похода в другой, из казармы — на учения, где только по долгу службы не оказывался, думал, бросит, уйдет к другому, но нет, куда там.