Я разорву эту помолвку! (СИ)

Если хочешь, мы можем нанять учителей, и ты будешь обучаться дома.

Так я точно смогу контролировать процесс и не допустить того, чтобы кто-то относился к нему с пренебрежением.

Томас нахмурился и прикусил губу. Я была уверена, что он не захочет покидать стены академии, но к моему удивлению, он произнес:"

"— Я не хочу здесь больше оставаться. Я хочу вернуться. Домой.

Бедненький. Тяжело, ему, должно быть, было.

— Хорошо.

— Но как… — брат понизил голос, стесняясь, — как мы сможем позволить себе частных учителей? Я слышал, что это дорого!

Сердце сжалось.

Мне не хотелось, чтобы он думал о проблемах взрослых. Сейчас в его возрасте самым главным было хорошо кушать, учиться, расти здоровым и счастливым.

— Не переживай, твоя сестра об этом позаботиться. Обещаю!

Мальчик посмотрел в мою сторону с долей скептицизма, но в конце концов кивнул.

Договорились!

Томас, я найду тебе лучших учителей, можешь об этом не переживать!

Через пару минут я распахнула дверь и пригласила выставленных мужчин обратно.

— Леди? — намекнул директор Уолдрон на то, чтобы я озвучила свое окончательное решение.

— Как я уже сказала ранее, вы и Скотт принесете Томасу публичные извинения перед всей школой. Герцог Берримор, так и быть, может извиниться сейчас…

— С чего это я должен извиняться?

Я приложила руку к груди как бы недоумевая, но на самом деле напоминая ему, кто здесь имеет «туз в рукаве», то бишь записывающий артефакт, о наличии которого я откровенно блефовала:

— Ваша светлость, вы неоднократно оскорбили леди своими пошлыми намеками и пытались очернить ни в чем не повинного человека — моего брата. Я полагаю, за подобные поступки ответственность гораздо больше, чем устные извинения.

Мужчина сделал недовольное лицо, но промолчал. Это значило, что ответить ему на это нечего и сделает он, по-моему.

— Я прошу прощения у леди Флоренс и мистера Томаса Винтера за принесенные им оскорбления! — проговорил герцог и недовольно вздохнул.

Ну, хоть так.

Это лучшее, что я могла от него услышать. А давить дальше было бы уже опрометчивым шагом с моей стороны. Мне с ним не тягаться.

Я кивнула, показав, что этот вопрос исчерпан.

Старший отпрыск герцога попытался снова встретиться со мной взглядом и неловко улыбнулся. За все это время он, если мне не изменяла память, не произнес ни слова.

— После того, как академия искупит свою вину, Томас больше не будет ее учеником. Я забираю своего брата!

На это возражений ни у кого не было.

— Хорошо. Это все? — спросил директор.

Я кивнула.

Я могла бы потребовать и денежную компенсацию, но это было явным поступком, принижающим достоинство. Не столько мое, сколько нашей фамилии и самого Томаса.