Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Или, лучше сказать, после смерти.

Материализовавшись перед мрачным серым особняком, Марисса прижала руки к горлу и запрокинула голову. Боже, сколько камня высится над землей – должно быть, разорена целая каменоломня. На окнах свинцовые ставни, сверкающие рамы – как золотые брусья. Двор и здание защищены двадцатифутовой стеной. А еще повсюду камеры наблюдения. И ворота.

Все такое безопасное. Такое холодное…

И выглядит, как она и ожидала, – крепость, а не дом. Еще и окруженная защитной зоной, которая в Старом Свете называлась «миис», так что если посторонний собрался бы здесь пройти, его мозг просто не воспринял бы это место, направив своего обладателя в обход. Ей удалось проникнуть на территорию Братства только потому, что здесь Рэт. Питаясь его чистой кровью последние триста лет, Марисса вобрала в себя от него столько, что могла найти короля где угодно. Даже в миисе.

Теперь, стоя перед каменной громадой особняка, она почувствовала, как зачесался затылок, словно за ней следили, и обернулась. На востоке зарождался новый день, и глаза Мариссы начали слезиться. Времени совсем нет.

Не отнимая рук от горла, она подошла к массивным медным дверям. Ни звонка, ни дверного молотка не было, так что она толкнула одну створку. Дверь открылась, что показалось странным, но Марисса очутилась всего-навсего в вестибюле. Ага, здесь проходят проверку.

Она повернула лицо к камере и подождала. Без сомнений, когда она вторглась в первую дверь, сработала сигнализация, так что либо кто-то придет и впустит ее… либо не впустит. Тогда ей придется прибегнуть ко второму варианту. Без промедлений.

Ривендж – единственный, к кому еще она могла обратиться, но это сложнее. Его маамэн являлась чем-то вроде духовного наставника глимерии, и, несомненно, присутствие Мариссы может ее оскорбить.

Вознося молитвы Деве-Законоучительнице, она провела рукой по волосам. Возможно, ее ставка неверна, но Марисса все же полагала, что Рэт не выставит ее за порог перед самым рассветом. После всего пережитого вместе почему бы не позволить ей провести один день под своей крышей? Ведь он образец чести.

Буч, по ее сведениям, не жил с Братством в особняке. Летом, по крайней мере, он обитал в другом месте, и Марисса предположила, что коп и сейчас там. Надеялась, что там.

Массивная деревянная дверь отворилась. Дворецкий Фриц, похоже, был несказанно удивлен, увидев ее.

Пожилой догген низко поклонился.

Она так далека от этого «ждут», насколько это возможно.

– Фриц, кто там? – раздался женский голос.

Послышался звук приближающихся шагов, и Марисса сцепила ладони, склонив голову.

Боже всевышний, это Бет, королева. Лучше бы сначала увидеться с Рэтом. А теперь, возможно, план не сработает.