Разоблаченный любовник (Др. изд.)

Боже, пожалуйста, не дай ей увидеть, как я отойду в мир иной.

– Но разве они не будут переживать?

Когда Буч покачал головой, лицо Мариссы погрустнело.

– Тебя должны оплакивать люди твоей крови.

– Так и будет. Это сделает Братство.

Глаза Мариссы увлажнились, и он поцеловал ее.

– И больше ни слова о трауре. Это не входит в мои планы. Забудь.

– Ш-ш-ш. Мы туда не собираемся. Ты и я останемся здесь.

Он положил свою голову рядом с ее и продолжал гладить прекрасные белокурые волосы. Когда дыхание Мариссы стало глубоким и ровным, он придвинулся немного ближе, прижал ее к своей обнаженной груди и закрыл глаза.

Буч, должно быть, уснул, потому что через некоторое время очнулся. Самым восхитительным образом.

Он целовал ее шею, проводил рукой по боку к груди. Он забросил ногу поверх ее ног, уткнувшись своим органом в бедро девушки. Выругавшись, отодвинулся, но Марисса тянулась к нему, пока наконец не оказалась наполовину сверху.

Он поднес руки к ее лицу и откинул назад волосы. Их взгляды встретились.

Приподняв голову от подушки, он нежно поцеловал ее в губы. Один раз. Два. И… снова.

– Что-то… происходит? – прошептала Марисса.

– Ага. Думаю, кое-что происходит.

Он снова притянул к себе девушку и поцеловал, затем проник в нее языком, лаская. Их тела двигались в такт, имитируя половой акт, вперед-назад, она обхватывала его, терлась…

Он делал все медленно, плавно, осторожно раздевая ее. Когда одежда была снята, он слегка отодвинулся и посмотрел на тело Мариссы.

О… боже. Такая нежная женская кожа. Идеальные груди с напрягшимися сосками. Все потайные места. Прекраснее же всего – лицо. На нем не осталось страха, лишь эротическое предвкушение.

Значит, он доведет до конца происходящее между ними. Если бы он увидел в ее глазах хоть каплю сомнения, то доставил бы удовольствие только ей, и все. Но она хотела того же, чего и он, и Буч был уверен, что на этот раз ей не будет больно.

Он встал и сбросил туфли от Гуччи, которые шлепнулись на пол одна за другой. Широко распахнутыми глазами Марисса наблюдала, как руки Буча скользнули к поясу брюк, как он расстегнул пуговицу, затем молнию. Трусы упали на пол вместе с брюками, а эрекция была такой бурной, что Буч прикрылся рукой, прижимая член к животу, не желая пугать Мариссу.

Когда он лег, она подкатилась к нему.

– О боже, – выдохнул он, когда их тела соприкоснулись.

– Ты такой голый, – прошептала она у него над плечом.

Он улыбнулся, зарывшись лицом в ее волосы.

Марисса водила руками вверх-вниз по телу мужчины, и он чувствовал, как разгорается в нем жар, особенно когда она скользнула рукой между их телами и «взяла курс на юг». Марисса достигла низа его живота, и орган Буча запульсировал, отчаянно нуждаясь, чтобы к нему притронулись, поласкали, сжали, пока он не взорвется.