Разоблаченный любовник (Др. изд.)

– Проклятье, – Рэт нежно раскачивал его из стороны в сторону, – Все, все в порядке, сынок. Черт… побери.

Марисса, почти уже выбравшись из «мерседеса», нырнула обратно.

– Фриц, подожди меня, пожалуйста. Я хочу потом еще съездить в снятый дом.

Она повернулась и посмотрела на черный ход в клинику Хаверса, размышляя, пустят ли ее вообще.

Она подбежала к «кадиллаку».

– Я так рада, что ты мне позвонил. Ты в порядке? А они?

– Вполне. Они сейчас на осмотре.

– Порядок. Полный порядок. Я подумал, что лучше подождать снаружи, потому что… ну, ты сама понимаешь.

Да, Хаверс бы не обрадовался, увидев его. Возможно, брату не слишком понравится и ее визит.

Марисса посмотрела в сторону черного хода.

– Мать с ребенком… они ведь не смогут вернуться потом обратно?

– Исключено. Лессеры знают об их доме, так что это крайне опасно. И, если честно, там не так уж много о чем жалеть.

– Что насчет хеллрена этой женщины?

– О нем… позаботились.

Нехорошо радоваться чьей-то смерти, но именно это чувство она испытывала. И тут вдруг представила себе Буча на поле боя…

– Я люблю тебя, – выпалила она, – Поэтому не хочу, чтобы ты дрался. Если по какой-то причине я тебя потеряю, моя жизнь закончится.

Глаза Буча расширились, и Марисса поняла, что они уже целую вечность не говорили о любви. Но теперь именно это станет правилом номер один. Ей надоело проводить дневное время вдали от него, чувствовать увеличивающееся между ними расстояние, и со своей стороны она больше этого не допустит.

Буч выбрался из машины, протягивая к ней руки.

– Боже, Марисса… Ты даже не представляешь, что для меня значат твои слова. Мне нужно всегда знать об этом. Чувствовать это.

Он с трепетом поцеловал ее, шепча нежные слова, и, когда девушка задрожала, осторожно ее обнял. Между ними оставалась некоторая неловкость, но это сейчас не имело значения. Ей было необходимо снова почувствовать связь между ними.

Когда Буч немного отодвинулся, Марисса спросила:

– Собираюсь зайти внутрь, ты подождешь? Хочу показать тебе мой новый дом.

Он провел кончиком пальца по ее щеке. В его глазах появилась грусть.

– Я подожду. И с радостью посмотрю, где ты будешь жить.

Марисса снова поцеловала его, затем направилась ко входу в клинику. Чувствуя себя посторонней, она удивилась, что ее беспрепятственно пропустили внутрь. Но это еще не значило, что все пройдет гладко. Спускаясь в лифте, она нервно теребила волосы. И волновалась по поводу встречи с Хаверсом. Не закатит ли он скандал?

Когда Марисса зашла в приемную, медсестры уже знали, зачем именно она пришла, и проводили в палату. Она постучала в дверь и напряглась.

Хаверс перевел взгляд с ребенка на нее и замер. Казалось, он потерял нить рассуждений – поправил очки, затем откашлялся…

– Ты пришла! – радостно воскликнула девочка.