Тьма после рассвета

Нужно всего лишь иметь интерес и способность эту проекцию считывать."

"Он хотел еще о чем-то спросить, но дверь кабинета приоткрылась, и появилась раскрасневшаяся потная физиономия старшего сына, крепкого спортивного мальчугана в красной футболке и черных шортиках.

— Папа! — радостно воскликнул паренек. — А я подумал, что Зефирыч меня разыгрывает. Он сказал, что ты пришел в школу и сидишь с мамой в кабинете физики на третьем этаже.

— Не Зефирыч, а Залман Ефимович, — строго поправила сынишку Надежда Андреевна. — Он тебя с физкультуры отпустил? Или ты сам сбежал?

— Отпустил, — обиженно протянул тот. — Сказал, что если я на канате уложусь в норматив, то он разрешит сбегать поздороваться.

— И ты уложился? — не то спросил, не то констатировал Гордеев, испытывая одновременно и радость и гордость, и еще черт знает какую смесь отцовских чувств, которую ему никогда не удавалось выразить и описать словами.

— Ну а то! Пап, а ты когда домой придешь? Вечером?

— Не знаю, сынок. Очень хочется надеяться, что вечером приду, но всякое может случиться. Ты ведь понимаешь, какая у меня работа.

— Ладно, — грустно и разочарованно протянул мальчик. — А завтра?

— Постараюсь, — улыбнулся Виктор. — Беги на урок, а то нехорошо получается: все занимаются, а ты прогуливаешь.

Надежда Андреевна проводила мужа до выхода на улицу.

— Мне страшно повезло с тобой, — сказал Гордеев. — Считается, что опера не годятся для семейной жизни, жены вечно недовольны, что мужья не проводят с ними время, не ездят вместе в отпуск, не ходят к теще на блины, не водят в театры. Почему ты не такая?

— Потому что я учитель, Витенька, — засмеялась Надежда. — За день так наговорюсь и наслушаюсь, что вечер, проведенный дома в тишине и молчании, — лучший отдых.

Он почти обиделся.

— То есть ты на самом деле радуешься, когда меня нет дома?

— Не радуюсь, конечно. Я люблю, когда мы дома, все вместе. Но мне не нужен спутник для похода в гости или на концерт, потому что я не люблю ни в гости ходить, ни на концерты, я слишком сильно устаю от людей, от толпы, мне этого на работе хватает. А уж для того, чтобы поболтать с подругой, ты мне тем более не нужен, даже будешь мешать. Я тебя огорчила?

Гордеев чмокнул жену в щеку.

— Ты сняла камень с моей души. До вечера, Надюша. Только не знаю, до сегодняшнего или до завтрашнего.

— Да я уж поняла.

По дороге в Институт судебной психиатрии имени Сербского Гордеев размышлял: почему же так вышло, что он сам не сообразил вовремя, где и как нужно искать Сергея Смелянского? «Потому что опыта не хватает», — ответил он сам себе.