Ты мой закат, ты мой рассвет

Успевает подойти ко мне, пристально заглянуть в глаза и недовольно покачать головой. Прекрасно понимаю, что выгляжу ужасно — каждое утро смотрюсь в зеркало с надеждой хоть на какое–то просветление, но там все та же бедная серая моль с впалыми щеками и здоровенными, как у пришельца, глазищами.

— Вид у тебя точно не как у Снегурочки, — говорит бабушка и через плечо смотрит на Антона, который идет к нам, здоровается и забирает сумки у тети Ларисы, потому что ее муж и так чуть не ломается под весом огромных сумок, пока близняшки жмутся около машины, облаянные овчарками.

— Добро пожаловать, — очень старается Антон и даже безропотно терпит пока бабуля осмотрит и его тоже, и «вручит» поцелуй в лоб. — Наш дом — ваш дом.

— Ну раз так, то дай–ка мне, мой хороший, руку, и помоги старухе подняться, а то кости уже не те, и не попрыгать.

Практически уверена, что по пути она как минимум сделает ему внушение насчет моего болезненного вида, но не успеваю попросить ее быть корректнее, потому что бабуля, получив долгожданную руку Антона, уже идет в сторону дома. И со стороны вообще не понятно, кто кого ведет.

Я разгоняю собак и предлагаю гостям зайти в дом.

Близнецы почти галопом несутся впереди всех, тетя Лариса поздравляет меня с удачным замужеством и говорит, что все равно, хоть свадьба была скромной, привезла нам с Антоном свадебный подарок. Она из тех, кто считает, что скромная свадьба — это отговорки, чтобы не приглашать родню. Уверена, что на свадьбы близнецов, когда придет время, бедный дядя Толя влезет в кредитную кабалу лет на десять. Дважды.

Тетя Оля, как всегда, приехала как та жаба из сказки. Только она не то, чтобы жаба, но и не принцесса точно. Ей уже сорок пять, она до сих пор в поиске того самого Идеального мужчины. Причем все это не имеет никакого отношения к его хозяйственности, домовитости или ангельскому характеру. Она до сих пор не может успокоиться, играя в одной ей понятное соревнование под названием «Я все равно буду более успешной, чем все ваше семейство». Под нашим семейством подразумевая моего отца, маму и меня.

Так что даже не удивляюсь ее новой соболиной шубе, сумке с логотипом известного бренда и кольцу с характерной Пантерой от «Картье». Я не очень вникала, кто стал ее новой «любовью», но на вид он, хоть и маленький, и круглый, но похож на депутата Госдумы.

— Йени, принцесска! — Тетя Оля тискает меня не слишком сильно, отступает, как будто хочет рассмотреть, а на самом деле мысленно развешивая ценники.

Дома я хожу в своих теплых смешных комбинезонах, тем более, что Антону они нравятся. Это не модный дом и даже не Зайцев с Юдашкиным, это просто комбинезоны отечественного производства, удобные и уютных расцветках. И мне плевать, что все они вместе взятые стоят, наверное, меньше, чем один ее сапог.