Янтарь рассеивает тьму

– Что, нервы сдали? – одними губами спросил Эриас.

Сетх многозначительно закатил глаза.

– Разве не любая магия разрушительна? – спросил Люциан, когда они с Морионом остались наедине. Он был единственным, кто выносил его и разговоры с ним. – Даже моя светлая магия может убить, если я того захочу, так чем же отличается твоя? – Моя магия отличается всем, – ответил Морион с той же спесивой интонацией.

Люциан недоуменно склонил голову к плечу. Он не нашелся, что сказать, хотя мысленно произнес: «Вредный».

Спустя пять минут заклинателей пригласили в купеческий дом, и староста представил их родителям Виолы. Они объяснили, что остальные члены семьи в отъезде, добавив: «Ответить на вопросы сможем только мы».

– Ваша младшая дочь тоже в отъезде? – поинтересовался Сетх, присев на софу в просторной гостиной.

– Нет, она играет на заднем дворе, – ответила мать Виолы. – Надеюсь, вы не станете ее расспрашивать? Она так и не оправилась после смерти сестры, как, впрочем, и остальные, но староста объяснил ситуацию, потому мы не могли ее проигнорировать.

– Скажите, – заговорил отец Виолы, сидящий рядом с женой, – наша дочь действительно стала злым духом?

Сетх кивнул."

"– Боги… – Мужчина тяжело вдохнул и закрыл лицо ладонью.

Сетх, Абрам и Эриас разместились на софе, которая стояла напротив стола и другой такой же софы, где сейчас сидели родители Виолы. Морион с Люцианом встали за спинкой.

– Мы хотим освободить вашу дочь от оков тьмы и позволить ее душе переродиться, но для этого нам надо узнать, каким человеком она была, – спокойно произнес Эриас, глядя на смертных. – Можете рассказать нам о своей дочери? Чего она желала? Что могло удержать ее в этом мире?

– Что? – недоуменно переспросила мать девушки. – Разве желания могут помочь ее душе упокоиться?

Эриас кивнул.

– Ваша дочь переродилась духом, которого в этом мире держит какое-то заветное желание.

Родители нахмурились. Судя по их напряженным лицам, они силились понять, какую информацию стоит сообщать, а какую нет. Видимо, не все секреты дочери могли быть раскрыты. Родители долго молчали, боролись с сомнениями, но заклинатели не торопили.

Люциан бросил на Мориона выразительный взгляд.

– Эм, – начал он, разорвав тишину. – Приношу свои извинения, но…

– Ему нужно в отхожее место, – со смешком перебил Морион, отчего у Люциана покраснели уши. Он не собирался придумывать такой повод, чтобы отойти!

– О! Понимаю, давайте я вас провожу. – Хозяйка дома встрепенулась и собралась подняться с места.

Люциан взмахнул рукой.

– Не стоит, иначе мне совсем станет неловко. Просто укажите, куда идти. – Он натянуто улыбнулся.

Женщина странно поглядела на него. Затем ее будто бы осенило, и она пару раз кивнула, после чего указала на задний двор.