Расплата. Отбор для предателя

60

Элис

— Что они строят? — спрашивает Клем, выглядывая в окно.

Всю ночь меня будил громкий стук и скрежет, и даже плотно закрытые окна не помогали избавиться от этого шума. Но я была настолько уставшей, что снова проваливалась в сон, едва проснувшись.

Теперь уже позднее утро. Я выбираюсь из постели, подхожу к окну, отодвигаю шторы и смотрю наружу.

Там, на лужайке перед замком, сотни людей, словно муравьи, облепляют огромный деревянный каркас, стуча молотками и работая пилами.

За одну ночь они умудрились возвести целый трёхэтажный дом.

— Зачем здесь строить дом?

— У меня плохие предчувствия, — говорит Клем. — Это наверняка король так готовится к следующему испытанию.

— Похоже на то.

У меня что-то тревожно сжимается в груди. Зная короля и его затеи, можно ожидать чего угодно.

Я смотрю, как несколько рабочих поднимают на верёвках огромные балки для крыши. Тут же суетятся люди, поднимающие вверх окна, и уже десятки рук принимают их и вставляют в проёмы. То, на что в обычное время уходили месяцы, эта толпа возводит с безумной скоростью. Но зачем?

— Нам надо срочно убираться отсюда. Ещё одно такое испытание — и ты можешь не выжить. Всё, что устраивает этот безумец, — это какое-то сумасшествие. Мне рассказали, что было вчера, и, клянусь, я бы лично плюнула в лицо этому Маркусу.

— Нельзя так говорить про нашего монарха, нас могут услышать, — с горечью говорю я. — Хотя, признаюсь, у меня были мысли и похуже.

— Пусть слушают, — отмахивается Клем. — Я всегда думала, что короли — благородные и справедливые. Честные и заботятся о народе! А этот? Сколько народу уже погибло по его вине? Просто ради прихоти. Судя по тому, что я слышала, благородства в нём не больше, чем у бандитов из трущоб на набережной.

— Ты права, — говорю я. — Если бы могла, я бы ушла отсюда прямо сейчас, забрав Лили, но я должна найти вторую дочь. Клод намекнул, что есть хорошие новости, что Блэйк…

— Клод хороший мальчик, но он ничего не знает, — вздыхает Клем. — Я облазила весь замок, но есть места, куда меня не пускают. В восточном крыле есть два этажа, куда разрешено подниматься только князю и больше никому. Возможно, он прячет её там. Я было сунулась туда, но солдаты чуть не упрятали меня в замковый острог, еле удалось от них отбрехаться.

— Так почему же ты молчала, Клем? Где это?

— Я только что узнала, вот сейчас и говорю. Ты не представляешь, как тяжело что-то выудить у местных слуг. Они такие подозрительные, никого к себе не подпускают, лишнего не говорят. Их будто розгами лупят, чтобы не болтали.

— Так что же мы здесь сидим?

Я спешно надеваю платье и кольцо. Иллюзорная личина выглядит, как всегда, безупречно.

— Пойдём, покажешь мне, куда идти.

— Да подожди ты, — останавливает меня подруга. — Туда невозможно попасть.