Ранг неизвестен

Это восхищало и пугало одновременно, потому что не только Морвейн осколок Единого использовал для осуществления своих замыслов.

На этой ноте мы и расстались.

Я отправился обратно во фригольд, а Пламени Подобный — наводить порядок в Народе Теней. Зная его, можно было не сомневаться — эта проблема будет решена, и тем, кто встанет у него на пути, остается только посочувствовать. Хотя золотой Всадник… это серьезное испытание даже для осколка Единого.

Винсент Кассиди в целом удовлетворился моим докладом. То, что Один из Тысячи нейтрализует угрозу от Народа Теней и потенциального вторжения Червей, снимало с наших плеч новый груз. Но на Белого Дьявола надейся, а сам не плошай, поэтому рикс, встревоженный известиями, тут же приказал принять меры предосторожности. Охрана Ростка была усилена и переведена в режим боевой готовности — никто не мог гарантировать, что Всадник не решит проверить на прочность нашу оборону. Попутно мне рассказали, что новый кадр — тот самый золотой комбинезон Амадей Кассель — уже включился в работу по планировке фригольда и созданию новых фортификационных сооружений. Несомненно, очень полезный в нашей ситуации эксперт — и, что важно, почти без раскачки начавший работу. Специалистов подобного уровня в колонии пока не было, опыта ему было не занимать — и теперь именно Амадей руководил строительной деятельностью колонии. Карьера ошеломляла, однако я доверял опыту Винсента и Вероники, передавших вчерашнему новичку такое важное направление.

Ну и, конечно, самым интересным событием стало появление самой Морвейн. Ее серебряную Руну вселенец изменил трижды, до восьми часов увеличив время пребывания Восходящей в реальности, но вызвать ее можно было все равно один раз в сутки. Мы призвали ее в Реликварии, вместе с Миносом и Кассиди, чтобы обсудить дальнейшие планы и задать Морвейн интересующие нас вопросы.

Заклинательница Душ материализовалась с изяществом, достойным кел-леди из Золотого Города. Ее темно-синие одеяния, серебряные Предметы, осанка, поворот головы и холодный взгляд производили впечатление — жалкая служанка Флекса Тория осталась в прошлом.

— Я здесь, мой господин, — произнесла Морвейн, склоняя голову, — и, во имя древних заветов, готова исполнить любое твое веление…

Ее взгляд обежал Реликварий, задержавшись на присутствующих, и доктор Матиас нервно поежился, а Винсент Кассиди невольно приосанился.

— Морвейн, позволь представить — Винсент Кассиди, рикс моего Народа, — сказал я, — и Матиас Амин, наш главный исследователь. Мы призвали тебя, чтобы задать несколько вопросов…

— Смиренно приветствую вас, Восходящие, — изящно кивнула Морвейн. — Пусть Великие Древа будут свидетелями моего почтения.