Рандеву на границе дождя

 – поймите, я травматик, инвалид, но я сумела устроить свою жизнь настолько хорошо, насколько это возможно. Грубо говоря, если я не могу ходить на ногах, то прекрасно управляюсь с костылями. У меня есть работа, а теперь и вторая работа, которая приносит радость оттого, что я полезна тем, кто действительно во мне нуждается. Есть Анна Спиридоновна, книги, группа «Вконтакте», которая развалится, если я ее заброшу. Я довольна своей жизнью, понимаете? И сейчас вы мне предлагаете повстречаться. Это все равно, как если бы вы предложили инвалиду тяжелое и болезненное лечение, которое скорее всего не поможет. Сказали бы, давай, терпи мучения здесь и сейчас ради эфемерного шанса ходить когда-нибудь потом. Кто-то, может быть, согласится на такое, а я – нет. Не потому что боюсь боли, а шанса нет!

– Шанса, может быть, и нет, но я вовсе не собираюсь вас мучить…

– Видите, вы даже не понимаете, что уже делаете мне больно, так что же дальше? – перебила она. – Подумайте сами, долго на платонической любви мы не продержимся, да и правильно, потому что это уродство. Вам будет надо, я уступлю, чтобы вас не потерять, и после первой же ночи вас возненавижу.

Макс внимательно посмотрел ей в глаза и сказал:

– А вы слишком хороший человек и ночью будете уверены, что я действительно избавилась от своего страха, а утром начнете сомневаться, вдруг я притворялась. А я совру, что нет, не притворялась, потому что одновременно с ненавистью буду еще любить вас.

– Что ж, это вполне реалистичный вариант, но поскольку мы оба его предвидим, значит, сможем избежать.

– Как? Допустим, вы будете себя сдерживать.

– Тогда я начну метаться, что не даю вам того, что надо, и в итоге совру, что все, ура! Больше не боюсь.

– А я вам не поверю.

– Я буду очень убедительной. И снова мы попадаем в ту же точку. Будь вы примитивным бугаем, все это могло бы еще сойти нам с рук, но вы тонкий и умный человек, и заметите, что я мучаюсь, начнете страдать сами, и в итоге все кончится очень плохо. Тут компромисса не существует, чтобы половина страха – половина секса.

Макс нахмурился, а потом, не спрашивая ее, подозвал официанта и заказал еще кофе.

– Вроде все логично вы говорите, и не возразишь.

– Ну именно что! Это вроде как я в инвалидной коляске прикатила, а вы меня уговариваете стометровку бежать.

– Не стометровку. Марафон. У меня серьезные намерения. Видите ли, в юности я верил, что любовь преодолевает все на свете и меняет мир, потом понял, какая это чушь, а теперь чувствую, что не чушь. Я люблю вас и совсем не хочу, чтобы вы ломали себя мне в угоду. Просто пустите меня в свою жизнь, и может быть со временем, если мы будем честными друг с другом, и вы поверите мне настолько, что не позволите причинять себе боль. Вы же сами не влюблены в меня?

– Нет.