Раб лампы

В свое время, а именно, в 1998 году, такие «коробки» можно было покупать за бесценок, поскольку хозяева, опрометчиво отгрохавшие эту роскошь в расчете на лучшую жизнь, разорились в результате августовского дефолта. Надо сказать, загородный дом Маркаряна был высотой с пятиэтажку, да и габариты его были впечатляющими."

"Но за этим зданием я углядела второй корпус, примыкавший к нему вплотную, и, без сомнения, постарше возрастом. Я прищурилась. Второй корпус был с прозрачной полукруглой крышей и, насколько я смогла разглядеть, чрезвычайно напомнил мне центральный городской бассейн Тарасова. Маркарян проследил направление моего взгляда и сказал:

— Ну да! Это папа прикупил. Тут была база для пловцов, еще при совке. Хорошая база, ничего не скажешь. Пятидесятиметровый бассейн — это тебе не шутка! Наверное, и в Москве мало у кого есть такие бассейны в личной собственности. Отец говорил, что сюда в семьдесят втором, что ли, заезжала сборная СССР по плаванию.

— Надеюсь, бассейн уже тогда принадлежал твоей семье? — поддела я.

— Да нет, конечно! — буркнул Маркарян. — И вообще, я в семьдесят втором году был совсем мелкий, пять лет всего.

— А меня вообще еще не было.

Маркарян покрутил головой.

— Правда, круто? — гордо взглянул он на меня. — Впечатляюще, правда?

— Лепота-то какая, — вяло выдавила я и вышла из машины. В этот момент рядом с нами припарковалась еще одна роскошная машина, точно такой же, как у Маркаряна, черный 600-й «мерс». Он подъехал довольно разухабисто, едва не чиркнув боком по блистающему боку маркаряновского авто. За ним подъехали два джипа, вероятно, с охраной.

«Нахальные друзья у Гамлета Бабкеновича, — подумала я, осознав, что только несколько сантиметров отделяли машину, на которой мы сюда приехали, от центра техобслуживания. — Ничего не скажешь…»

Возмутился и сам именинник. Верно, ему в голову пришла сходная мысль, потому что он отчаянно замахал руками. Однако тут же умерил жестикуляцию и даже расплылся в улыбке. Впрочем, я успела подметить, что улыбка его была несколько натужной.

Из подъехавшего «Мерседеса» не торопясь извлек весьма упитанные телеса высокий рыхлый мужчина лет сорока. Круглое самоуверенное лицо с двойным подбородком, модной трехдневной небритостью и сытым выражением вальяжного и снисходительного довольства жизнью типа. Именно ему делано улыбался Маркарян. Погладив нависающее над ремнем вместительное брюшко, мужчина пристально посмотрел на дом Гамлета Бабкеновича и произнес:

— Это я удачно заехал!

— Ай, спасибо, дорогой, что приехал! — кинулся к нему навстречу Гамлет Бабкенович. — Большая честь для меня, дорогой, спасибо, да!

— Ну, с днем рождения тебя, — сказал толстяк. — За мной подарок. Сейчас выгрузят из машины.