Раб лампы

А что, если этот тип и мне напророчит, что называется, скромную такую могилку с крестиком? Да еще и назовет точную дату и обстоятельства, при которых меня обеспечат вечным покоем? Я попятилась и услыхала следующее изречение:

— Просто в чайник наливают сначала одну воду, потом другую, потом третью… понимаете? Вода вообще — опасная штука. А вот обои с желтыми бабочками на красном фоне — это, по-моему, ужасно. Согласны?

Я не позволила себе окончательно влипнуть в какие-то глубинные страхи, которые взбаламучивал в моей душе этот типчик. Приблизилась к нему и, глядя ему прямо в глаза, произнесла:

— Мне нужно с тобой поговорить. Кстати, а где же твоя лампа?

Последняя фраза, как оказалось, была сказана не зря: он оживился и даже заулыбался, показывая все свои зубы. Я толком не разглядела, что у него за зубы, свои или вставные, но подумала, что они, по-видимому, не знали щетки и пасты уже лет десять.

— Лампу, — повторила я.

Он попятился и сделал жест рукой, приглашающий следовать за ним в квартиру.

…Не могу сказать, что это далось мне совершенно спокойно.

Пройдя длинным темным коридором, жилец двенадцатой «нехорошей» квартиры нырнул в темный проем, оказавшийся входом в одну из комнат. Окно было завешано тяжелой занавеской, почти не пропускавшей света. Я приблизилась к хозяину, который тотчас же вцепился в закоптелую керосиновую лампу и смотрел на меня, диковато улыбаясь. Я спросила:

— Ты кто?

«Чем проще вопрос, тем быстрее до него дойдет, — подумала я. — А если он только изображает сумасшедшего или имбецила, то на любые вопросы он может отвечать… или, напротив, не отвечать».

— Ты кто? — повторила я.

Он зашевелился и шумно вздохнул. Только после того, как я в третий раз повторила свой вопрос, он облизнул губы и дал следующий ответ. Как оказалось, довольно внятный:

— Я здесь живу. Я рад, что ты пришла. Ты, наверно, не хочешь меня убить? А те люди хотели меня убить.

«Те люди, — с ошеломляющей быстротой промелькнуло в моей голове, — это, наверно, Феоктистов, который сейчас в больничке отдыхает, и Карасев!»

— Я не хочу тебя убить, — почти по слогам произнесла я, — а кто хотел тебя убить?

— Я не знаю. Они подошли ко мне, а потом кто-то подал мне руку, и меня вытащили из цветочной клумбы. Я вообще люблю, как пахнут цветы, — добавил он, совершенно отклоняясь от темы. — А ты?

— Я тоже. Значит, ты не помнишь, что произошло с тобой и с теми людьми, которые хотели тебя убить? Значит, им что-то помешало это сделать, так?

— Да. Так. То есть — нет.