Чижик - пыжик

На зоне Шпак попал в заигранные, потом загасился и в конце концов ссучился. За что и поплатился жизнью.

Капусту на красивую жизнь в крытой подгонял мне следак. Носил он фельетоновскую фамилию Сидоров, звали Евгений Юрьевич. Наверное, из-за фамилии мужик он был толковый, сговорчивый. Он успел переболеть романтизмом своей профессии, понял, что честным путем ничего в жизни не добьется. Разложил он передо мной вещественные доказательства, дал почитать показания свидетелей, которых набралось на два десятка хат из сотни поставленных мной, и предложил меняться. Обычно у мусоров обмен такой — он мне хуй в рот, а я ему язык в жопу. Сидоров предложил сыграть почти на равных. Я беру на себя несколько его тухляков, а он договаривается с судьей на минимальный срок. Вор обязан брать на себя чужие дела, чтобы коллеги дольше погуляли на воле. Кстати, следак уже на следующий день знал, что я коронован.

— Поздравляю! — искренне сказал он, разминая пальцами помятое после пьянки рыло с широченной пиздой под носом.

А верблядь зовут Цыпа. Он утром вытащил парашу и вернулся с пучком сигарет. Нам сказал, что получил курево от сокамерников Лакобы. Шпак забрал их, пожелав взамен: «Хуй, завернутый в газету, вам заменит сигарету, а в платок — целый блок!»

— Такое дело надо отметить, — устав бороться с похмельем, сказал Сидоров и достал из сейфа чекушку шмурдяка, желтоватого, наверное, конфискованного. Меня не угощал, знал, что я такую отраву не пью, тем более, с мусором.

— Бедно живешь, начальник.

— Хочешь взятку предложить?

— Было бы за что, предложил бы, — ответил я. — Мыслишка есть у меня одна, как нам обоим пару копеек срубить.

— Ну и? — поинтересовался следак, выпив и закусив ржаным сухарем.

— Дважды брал я одну хату, а хозяева ни разу не заявили…

— Чья хата? — в глазах следака загорелись огоньки, может быть, профессионального интереса, может быть, самогон вставил.

— Завмага одного. Ты его вызываешь, даешь почитать мои показания. Он будет отказываться, ты — наседать, но не слишком резво. Он догадается и отстегнет. А ты вспомнишь обо мне.

— Хитер! — произнес мусор, поглаживая пизду под носом. — Знаешь, как это называется?

— Умением вертеться, если не попался, — сказал я. — Вознаеби ближнего своего, ибо ближний вознаебет тебя и возрадуется!

— Подумаем, — сказал он и передал мне бабки, притараненные Шлемой.

Думал он с неделю. И дело пошло. Говорят, что одну корову два раза не ебут. Быка разве. Такого, как попавший в наши лапы завмаг. Вместе с Сидоровым я выебал его в третий раз. Следаку понравилось. Особенно веселило его, как на очной ставке я перечислял, что вынес с хаты, а хозяин отказывался, потому что не мог он иметь все это на скромную зарплату. Калуга Орла три года ебла, если бы не Тула, еще бы вдула.