Путешественница

Шутка ли! Ничегошеньки не делать и быть верным! Да что, Господь Бог в балаганчике выступает, что ли? И то сказать!

Она осенила себя крестным знамением, явно осуждая преподобного.

— Он еще и в нашу аптеку ходит. Просто диву даешься! Он же гонитель папистов, как же можно-то, а? — Луиза использовала возможность заочно обвинить пастора. — Мадам, вы не принадлежите к Свободной церкви? Я не обидела вас?

— Нет-нет, я католической веры… и папистка, — выкрутилась я. — Мне хотелось бы знать о его жене. Что с ней, вы не знаете?

В аптеку вошел новый посетитель, и Луиза отправилась ему навстречу.

— Я не знаю этой леди, да только думаю, что, чем бы она ни болела, муженек ей не поможет!

Зимний день был ясным. В прохладном воздухе вился дым, напоминая нам о недавнем пожаре.

Мы с Джейми находились в приходском саду. Джейми уже исповедался и теперь ждал Эуона, смотря на скупое солнышко.

— Старший Эуон знает легенду от тебя? О том, что я будто бы пряталась во Франции?

— Да, конечно. Это я рассказал ему. Эуон тертый калач, и я не думаю, чтобы он принял на веру такую басню, да только это лучшее, что можно выдумать. Он хороший друг, а друзья не допытываются, что к чему.

— История неплохая, ее можно будет рассказать и всем остальным. Но тогда почему ты не стал этого делать, представляя меня сэру Персивалю? К чему было говорить, что мы новобрачные?

Джейми не согласился со мной.

— Нет, ему-то как раз не стоило этого знать. Сэр Персиваль не знает, как меня зовут в действительности, потому что я представляюсь ему как Малькольм. Он может догадываться, что я не тот, за кого себя выдаю, но не нужно, чтобы в его памяти запечатлелся мой образ, возникающий при слове «Каллоден». Хотя да, ты права, ведь женитьба печатника не так интересна обществу, как твое мнимое возвращение…

— Впервые паутину хитростей сплетая, сколь путана она, себе не представляем, — усмехнулась я.

Джейми поднял уголки губ.

— О, плести паутины вовсе не так мудрено, как кажется, поверь. Поживешь со мной да посмотришь, что наличие шелковой нити в заднице облегчает жизнь. Научиться плести паутину сложно, но можно.

Я засмеялась метафоре.

— Интересно знать, как ты выпускаешь паутину из задницы и плетешь сети.

— Да ты уж видела как.

Он хотел посмотреть, что происходит в приходском саду, но нас отделяла от него стена.

— Что-то уж очень долго. — Джейми снова опустился на скамейку. — Неужто у нынешних четырнадцатилетних столько грехов?

— Знаешь ли, впечатлений вчерашнего дня хватило бы на нескольких мальчишек. К тому же отец Хейс может захотеть узнать подробнее. — Я вспомнила свое утро в борделе.

— Что, он до сих пор там?

Щека Джейми подернулась легким румянцем, не связанным с морозцем.

— Я… пошел перед ним. Чтоб ему было сподручнее.