Путь хранителя

Маленькие, глубоко посаженные темные глаза. Острый нос, выдающийся вперед как плавник акулы. Седые волосы, тысячью мелких кудряшек торчащими во все стороны. И огромная клякса родинки под правым глазом.

Невысокая, но широкоплечая старушка была одета в какое-то бесформенной платье, поверх которого находился большой кожаный фартук. Из тех, в чем разделывают туши животных. И заляпан он был явно кровью…

Она нахмурилась, вмиг покрывшись морщинами, втянула ноздрями воздух и вдруг шустро развернулась и рванула от нас, скрываясь за поворотом темного коридора.

— Стоять! — заорал Герман, увидевший причину всех своих бед, и кинулся за ней.

— Ёб вашу мать! — издал я боевой клич и побежал за ним, слыша за своей спиной топот ног остальных.

За поворотом меня ждал ещё один коридор, более узкий и темный. Мерзкий тусклый свет искажал пространство, превращая его во что-то, больше похожее на лаз. При таком освещении я едва успел заметить смутную фигуру, мелькнувшую вдалеке.

Кто-то, я очень надеялся, что это был Герман, свернул налево, скрывшись из виду.

— Лопата, что у вас происходит? — заорал в моем ухе Евгений.

— Лютик сбежал, преследую! — хрипло ответил я, дыхание от бега и внезапности происходящего сбилось и мой голос карканьем пронесся по коридору.

А сам старался не отводить взгляда от того места, где было движение. Темноту озарили быстрые вспышки, Семён с Карлом призывали оружие и сопели за моей спиной так громко, что заглушали топот своих же ног.

Я остановился у чернильного проема, подняв руку вверх и делая знак остальным. Первым на меня налетел здоровяк и мы сместились на пару метров, вляпавшись в густую паутину. Следующий защитник промчался вперед, а княжич увидел проход и ломанулся туда.

— Да вашу мать, стоять! — я уже наплевал на конспирацию и видимость формальности. — Всем стоять! И идти за мной!

Сёма развернулся на бегу, черканув мечом по стене и чуть не застряв в ней. Я отплевывался, сдирая с лица липкую паучью сеть, пока Карл смущенно извинялся.

— Ордо, приём! — позвал я инквизитора, так и не вернувшегося обратно.

В наушнике истерично проскрипело и заглохло. Я включил фонарик и осторожно заглянул в проём. Быстрое движение света показало ряды клеток, уходящих вглубь, до куда не достигал луч. Темные прутья высились до самого потолка, но первый осмотр не показал, что там кто-то есть.

— Что там? — прошептал Карл, прижимая к груди топор.

— Клетки, — я нахмурился. — Двигаемся медленно и тихо, не шуметь и молчать. Выступаем, — мотнул я головой и сделал жест следовать позади.

Но едва переступив порог, я остановился и обернулся, взглянув на нашего богатыря.

— Малыш, накинь-ка на себя скрыт и иди последним, — прошептал я и тут же заморгал.