Эркюль Пуаро

– Я перепугалась, перепугалась насмерть, и, думаю, вы меня поймете. Мы пережили такой ужас – и ворошить все это снова... И потом, находиться под подозрением, а то и сесть в тюрьму... Я себя не помнила от страха. Неужели вы нас не понимаете, мосье Пуаро?

Ее прекрасный голос, низкий, грудной, молил, упрашивал, недаром она была дочерью великой актрисы Линды Арден.

Пуаро строго посмотрел на нее:

– Для того чтобы я поверил вам, мадам, – а я не говорю, что не желаю вам верить, – вы должны мне помочь.

– Помочь вам?

– Мотивы этого преступления кроются в прошлом – в той трагедии, которая разрушила вашу семью и омрачила вашу юность. Поведите меня в это прошлое, мадам, и я найду там недостающее звено, которое объяснит мне все.

– Что я могу рассказать? Все участники трагедии мертвы. – Она печально повторила: – Мертвы. И Роберт, и Соня, и маленькая Дейзи. Прелестная кроха, милая, веселая, в кудряшках. Весь дом ее обожал.

– Но ведь погибла не только Дейзи, мадам? Если так можно выразиться, гибель Дейзи повлекла за собой еще одну гибель?

– Вы имеете в виду бедняжку Сюзанну? Я совсем забыла про нее. Полиция ее допрашивала. Они были убеждены, что Сюзанна виновна. Возможно, так оно и есть, но злого умысла тут не было. Я думаю, бедняжка нечаянно выболтала кому-нибудь, когда Дейзи водят гулять. Сюзанна чуть не помешалась тогда – так боялась, что ее привлекут к ответственности. – Графиня вздрогнула. – Она не выдержала потрясения и выбросилась из окна. Какой ужас! – Графиня закрыла лицо руками.

– Кто она была по национальности, мадам?

– Француженка.

– Как ее фамилия?

– Страшно глупо, но я не могу вспомнить. Мы все звали ее Сюзанной. Такая хорошенькая хохотушка. Она очень любила Дейзи.

– Она была горничной при ребенке, не так ли?

– Да.

– А кто был няней?

– Дипломированная медсестра. Ее фамилия была Стенгельберг. Она тоже любила Дейзи... и мою сестру.

– А теперь, мадам, хорошенько подумайте, прежде чем ответить на вопрос. Кто-нибудь из пассажиров показался вам знакомым?

Она удивленно взглянула на него:

– Знакомым? Да нет.

– А княгиня Драгомирова?

– Ах она! Она, конечно. Но я думала, вы имеете в виду людей, ну, словом, людей из того времени.

– Именно это я и имею в виду. А теперь подумайте хорошенько. С тех пор прошло несколько лет. За это время люди могли измениться.

Хелена глубоко задумалась.

– Нет, я уверена, что никого здесь не знаю, – сказала она наконец.

– Вы в то время были еще подростком... Неужели в доме не было женщины, которая руководила бы вашими занятиями, ухаживала за вами?

– О, конечно, у меня имелся кто-то вроде дуэньи, она была одновременно и моей гувернанткой, и Сониным секретарем. Англичанка, точнее, шотландка. Такая рослая рыжеволосая дама.

– Как ее фамилия?

– Мисс Фрибоди.