Эркюль Пуаро

Провалы памяти и сильнейшее истощение нервной системы. Но мы поставим ее на ноги.

Старшая сестра ободряюще улыбнулась.

– Позвольте... Кажется, Толли... сэр Бартоломью мне о ней рассказывал... По-моему, они были друзья, если не ошибаюсь?

– Не думаю, сэр Чарльз. По крайней мере, доктор никогда об этом не говорил. Она ведь недавно приехала из Вест-Индии. Право, так забавно получилось! Прислуга никак не могла запомнить ее имя... Горничная у нас такая бестолковая. Представляете, приходит ко мне и говорит: «Приехала миссис Вест-Индия». Вместо Рашбриджер – Вест-Индия! И самое забавное – она действительно прямо из Вест-Индии.

– В самом деле, ужасно забавно. Ее муж тоже приехал?

– Нет еще.

– Да, действительно... Должно быть, я ее с кем-то спутал. А что, ее заболевание как-то особенно интересовало сэра Бартоломью?

– Да нет, амнезия – довольно распространенное явление. Но тем не менее такие больные всегда представляют интерес для врача... Каждый случай чем-то отличается от других. Редко встретишь двух похожих больных.

– Вообще говоря, как-то все странно... Ну что же, благодарю вас. Приятно было с вами познакомиться. Толли вас очень ценил, я знаю. Он мне так много о вас говорил, – приврал под конец сэр Чарльз.

– О, как приятно это слышать, – зарделась польщенная старшая сестра. – Какой прекрасный был человек... Такая утрата для всех нас. Мы просто потрясены... ошеломлены. Подумать только – убийство! Кто мог желать смерти доктору Стрейнджу! Невероятно. Этот негодяй дворецкий... Надеюсь, полиция его схватит. И ведь никаких мотивов у него не было.

Сэр Чарльз только печально покачал головой, они откланялись и направились по аллее к тому месту, где их ждал автомобиль.

Подойдя к воротам, они остановились у сторожки, чтобы поговорить с привратником, туповатым с виду малым неопределенного возраста. Мистер Саттертвейт, как бы желая вознаградить себя за вынужденное молчание во время разговора со старшей сестрой, буквально забросал его вопросами об Оливере Мендерсе.

Да, вот тут он и врезался, видите, стенка обрушилась. На мотоцикле, известное дело. Нет, сам он не видел. Услышал грохот и вышел посмотреть. Молодой джентльмен стоял там... аккурат на том месте, где сейчас этот джентльмен стоит. Нет, похоже, не расшибся. Только вид у него, горемыки, был не шибко важный – мотоцикл-то свой он в лепешку разбил. Увидел меня и спрашивает, чье, мол, это поместье. А как услышал, что сэра Бартоломью Стрейнджа, обрадовался. «Ну и повезло!» – говорит. А потом пошел прямо в дом. Тихий такой молодой джентльмен... видно, сильно уморился. И как его угораздило, в толк не возьму... Ну, да всякое на свете случается...

– Загадочная история, – заметил мистер Саттертвейт.

Он оглядел широкую, ровную дорогу. Ни поворота, ни перекрестка...