Эркюль Пуаро

– А что вы имеете против меня? – наседал мистер Фергюсон.

В ответ мисс Ван Скайлер чуть подняла брови и затеребила нитку, намереваясь подтянуть к себе клубок и прекратить разговор.

– Нет, правда, – настаивал Фергюсон, – что вы имеете против меня?

– Я полагаю, ответ ясен, мистер... извините...

– Фергюсон.

– ...мистер Фергюсон. – Мисс Ван Скайлер с отчетливым неудовольствием произнесла его имя. – Выбросьте эти мысли из вашей головы.

– Иначе говоря, я ей не подхожу?

– Вы сами должны это понимать.

– А в каком смысле я ей не подхожу?

Снова мисс Ван Скайлер не удостоила его ответом.

– У меня две руки, две ноги, хорошее здоровье и вполне нормальные мозги. В чем, собственно, дело?

– Есть еще такая вещь, как положение в обществе, мистер Фергюсон.

– Чихать на положение в обществе.

Распахнулась дверь, и вошла Корнелия. При виде грозной кузины Мари, беседующей с ее нежданным поклонником, она застыла на пороге.

Разошедшийся Фергюсон обернулся и с широкой улыбкой позвал ее:

– Подходите, Корнелия. Я тут самым светским образом прошу вашей руки.

– Корнелия, – страшным голосом проскрежетала мисс Ван Скайлер, – ты поощряла этого молодого человека?

– Нет, конечно... во всяком случае... не то чтобы... то есть...

– Что «то есть»?

– Она меня не поощряла, – пришел на помощь Фергюсон. – Я сам решился. Только по доброте сердечной она не съездила мне по физиономии... Корнелия, ваша кузина говорит, что я вам не подхожу. Это, разумеется, так, но не в том смысле, какой она вкладывает в это. В нравственном отношении мне далеко до вас, но она-то считает, что и в социальном плане я вам не пара.

– Точно так же думает и Корнелия, я полагаю, – сказала мисс Ван Скайлер.

– Это правда? – Мистер Фергюсон испытующе посмотрел на Корнелию. – Вы из-за этого не хотите выходить за меня?

– Нет, не из-за этого. – Корнелия покраснела. – Если бы вы мне нравились, я бы пошла за вас любого.

– Я вам не нравлюсь?

– Вы... жестокий. Вы такое говорите... и так беспардонно... Я впервые встречаю такого человека.

На глазах у нее вскипели слезы. Она выбежала на палубу.

– Вообще говоря, – заключил мистер Фергюсон, – для начала неплохо. – Он откинулся на спинку стула, оглядел потолок, посвистел, скрестил ноги в немыслимых брюках и сообщил: – Теперь я буду звать вас кузиной.

Мисс Ван Скайлер трясло от ярости.

– Извольте выйти отсюда, сэр, иначе я позвоню стюарду.

– Я оплатил свой проезд. Не представляю, как меня можно выставить из места общего пользования. Но я уступаю вам. – Напевая под нос «Йо-хо-хо и бутылка рому», он встал, развинченной походкой прошел к двери и вышел.

Задыхаясь от гнева, мисс Ван Скайлер выбиралась из кресла. Осторожно отложив ненужный больше журнал, Пуаро вскочил и принес ей клубок шерсти."

"– Благодарю вас, мосье Пуаро.