Птицы Великого леса

– Не знаю, – слабая улыбка, точно луч солнца в дождливый день, появилась на девичьем лице. – Подари, что захочешь.

– Тогда я найду самые красивые серьги, чтобы подчеркнуть твои чудесные голубые глаза, – Милош улыбнулся ей в ответ. – Те, что я купил тебе в Совине, ты, верно, потеряла?

Веся закивала с сожалением и рукавом принялась тереть лицо.

– Ох, кашу надо приготовить, некогда мне с тобой болтать, – спохватилась она, собрала отобранные зёрна со стола и принялась промывать. Работала она теперь беззаботнее и больше не молчала. Милош с удовольствием отвечал на её бесконечные вопросы и сам расспрашивал обо всём, что случилось после пожара.

Разговор пошёл так легко, что Милошу стало даже немного жаль. Наверное, было бы справедливее, если бы Веся его ударила и прогнала прочь.

Горшок с кашей только-только угодил в печь, когда распахнулась дверь, и с мороза в избу зашли две девушки. Одна маленькая, тёмненькая, такая щуплая, что выглядела больной. Вторая была высокой и носила богатую соболиную шубу. На груди лежали длинные косы, на концах которых болтались парчовые накосники с золотой нитью. Тёмные глаза смотрели пристально, бледное лицо застыло, точно у истукана.

Милош не сразу признал в ней Дару.

– А у нас гость, – проговорила робко Веся. – Ты меня прости, ужин не скоро будет. Я забегалась, только-только успела кашу в печь поставить.

Дара перевела взгляд на сестру, но будто её и не увидела, задержала короткий взгляд на Милоше и медленно развернулась к двери, собираясь уйти.

– Что такое? Кто это такой? – её спутница не сводила глаз с Милоша. – Ох, он тоже чародей! – воскликнула она.

– И ты, значит, – Милош мимолётно посмотрел на девушку, заметил золотой огонёк в груди, – ведьма.

– Да, меня Третьяна зовут, – улыбнулась она как ни в чём не бывало.

– Третьяна, – повторил Милош равнодушно лишь оттого, что тошно было терпеть молчание Дары. – Третья дочь у родителей, значит.

Ведьма посмотрела на него как-то странно и кивнула всё так же с улыбкой.

Милош поднялся на ноги.

– Дар, – Милош так всегда называл её, когда прижимал обнажённую, разгорячённую к себе, когда слушал, как успокаивалось её дыхание. Может, он один её так называл?

Дара не сказала ни слова и распахнула дверь, выскочила наружу. Милош растерянно оглянулся на Весю.

Правильно, а то натворит ещё что-нибудь.

Он побежал следом, но погони не получилось. Дара стояла в сенях, у двери, что вела на улицу и, кажется, сама уже не знала, куда идти.

Милош подошёл ближе, а она так и не повернулась.

– К Великому князю, – процедила Дара. – Потребую, чтобы он отрубил тебе голову.

– Не выйдет, – вздохнул Милош будто печально. – Я к нему на службу поступил.

– Ты?! – она наконец развернулась к нему лицом.

– Я. Князю нужен хоть один учёный чародей.