Птицеед

Так что Никифорову запросто могли подкинуть работёнку, ибо совпадения, уж поверьте мне, бывают и куда более нелепые.

Это могло значить многое.

Потому что, я точно в этом уверен, колдун андерита не проверял забитую бинтами, окровавленную глазницу Никифорова. Лишь зрачок в уцелевшем глазу.

Если так, то приглашение Плаксы могло быть и неслучайным. Вполне возможно, его бы грохнули следом за мной, а после, к примеру, кто-то пришёл к выводу, что старые знакомые чего-то не поделили.

Ну, во всяком случае, так можно было сказать, если бы не утонувшая карета и распотрошённая лошадь с возницей.

Плакса сверлил меня довольно колючим взглядом, пальцы на стакане немного подергивались.

— Племя Гнезда, — сказал я ему. — Уверен, они за этим стоят.

— Вороний помёт мне в глаза! Дери совы мою удачу! Павлиний сын! Я убью его!

— Нет. Ты поступишь куда более разумно, — усмехнулся я. — Забудешь о россе. У тебя есть родственники не в Айурэ?

— Ну… да. — Он, кажется, сильно удивился моему вопросу.

Я ушёл наверх, по лестнице, на третий этаж. Дверь Тиа отперла своим ключом, и я слышал, как она уже без злобы ворчит, отогревая Элфи. В кабинете мне был нужен нижний, самый большой, ящик стола.

Деньги на «мелкие расходы» я храню достаточно небрежно. И в крайне достаточном количестве. Приходится учитывать, что Ил вещь зыбкая и, если я не вернусь, Элфи должна быть обеспечена и способна оплатить услуги подкованных людей, которые выгрызут из прижимистых банкиров её наследство.

Вернувшись, бросил перед Плаксой тяжёлый кошелёк:

— С теми деньгами, что заплатил Капитан за последний рейд, этого должно быть достаточно.

— Ну так я с удовольствием объясню. Если ты считаешь, что тебя не станут искать после того, как ты помог мне, то очень ошибаешься. Придут не только к тебе, но и к твоей семье. Или через Никифорова, или… найдут способ. Поверь мне.

Он закрыл глаза на мгновение, сжал кулаки, потом опрокинул в себя стакан и, решительно отодвинув бутылку в сторону, процедил:

— Ты возьмёшь всех своих детишек и уедешь из города. К родственникам. О них кто-то знает?

— Это дядька жены. Нет. Никто.

— Год, — подумав, сказал я.

— Дери меня совы. Жена точно меня прибьёт. Что я ей скажу?

— Что, если останетесь, прибьют всех. Капитану я сообщу. Если что-то изменится — пришлю весточку. Скажи адрес, но не тот, где ты будешь.

— Спасибо за деньги. Они пригодятся. — Плакса смирился с неизбежным, взяв кошелёк. — Я верну.

— Забудь. Считай это платой за то, что сегодня ты нас выручил.

Этот вариант он принял легко и, пожав мне руку, выскользнул на улицу, а я закрыл за ним дверь, опустив засов.

Я всё проспал. Проснулся разбитым и в мрачном расположении духа.

Выбравшись из кровати, шлёпая босыми ногами, нашел Амбруаза в библиотеке, делающим зарисовку в свою книгу об Иле.