Гордая птичка Воробышек

Мы проходим холл, галерею и входим в центральную часть дома, где находится круглый двухуровневый зал с красными колоннами, панорамным остеклением и кованым ограждением холла второго этажа, в характерной китайской орнаментике. По просьбе хозяина дома, я поднимаю глаза и под потолочным сводом замечаю живописную настенную роспись - пастель в позолоте, выполненную по мотивам классических китайских гравюр, а в центре свода - расписанного под рассветное небо, сумасшедшей красоты хрустальную люстру: многоярусную, сверкающую, похожую на огромный радужный ниспадающий водопад.

Да, тот, кто сотворил здесь такую красоту, совершенно точно имел вкус эстета и владел мастерством дизайнера и художника. Мне только и остается, как восхититься рукотворным чудом и совершенно честно признаться в этом хозяину дома.

- Ну, что ты, Женечка. Обычный рядовой профессионализм, сдобренный щедрым вознаграждением и подконтрольный жесткой руке, вот и все.

- Обычный? А как же вдохновение?

- А вдохновение, моя милая, божественный бриз, овевающий чело творящего во время усердного труда. Кто сказал, что этот достойный миг должен быть омрачен голодной тенью хлеба насущного?

Мне нечего ответить и я лишь осторожно улыбаюсь. Действительно, когда нос в тепле, а желудок сыт и покоен, куда легче витается в облаках, это я точно знаю.

- Ох, Женечка! Да ты, гляжу, озябла совсем? Рука, как ледышка... К сожалению, просторные помещения не способствуют сохранению тепла, даже в новогодний вечер. Ну, ничего, девочка, сейчас согреешься, мы почти пришли. Надеюсь, тебе понравится парадная гостиная и наш скромный семейный очаг, уже успевший вас заждаться.

Он мне нравится - яркий, жаркий, манящий и, конечно, совсем не скромный. С танцующим на толстых поленцах пламенем, беснующимся в широком зеве портала каменного камина, и теплыми бликами, рассеянными по мозаике художественного паркета. Нравится, как и сама комната, вместившая его: просторная, праздничная и неожиданно уютная. Похожая на сказочный дом Санты. С огромным теплым очагом, высокой наряженной елью - вовсе не белой, а лишь слегка белесой, но очень пушистой и красивой, - убранным белоснежной скатертью и сервированным тонким фарфором прямоугольным столом (дюжины на две персон), и многочисленными нарядными гостями. Дружно отметившими появление главы дома поднятыми бокалами и громкими приветственными аплодисментами."

"Как? Неужели отец Ильи явился к гостям и к праздничному столу вместе с нами? Только сейчас?.. Я обвожу гостиную удивленным взглядом и понимаю: похоже, что так.

Я знала, что дом большой. Я ожидала, что будут незнакомые люди, что праздник пройдет непросто и мне потребуется, как сегодняшней спутнице Люкова, достойно держать себя.