Оперативный псевдоним

Симакин подумал, что хотя зам не дурак выпить и часто волокитит бумаги, но он настоящий опер. В такие минуты это проявляется особенно наглядно.

У убитого с маской на лице Рожков нашел ключи от автомобиля, они с Макаровым рванули по улице, намереваясь попробовать их ко всем оставленным без присмотра машинам. Но далеко бежать не пришлось: дверца приткнутой к сугробу «шестерки», оставленной в пятидесяти метрах от ресторанчика, сразу же открылась.

Макаров сел за руль. Рожков лег на заднее сиденье, Савушкин плюхнулся рядом с водителем.

– Клац! Клац! Клац! – щелкнули передергиваемые затворы.

– С Богом! – сказал Савушкин, и «шестерка» тронулась с места. Никто не знал, что их ожидает и чем кончится операция. В принципе не исключалась возможность, что кого-нибудь убьют. Может, убьют всех троих. А могло и ничего не произойти. Половина спешно спланированных операций попросту проваливается. То же самое случается и с тщательно подготовленными. Заранее в милицейской работе ничего предсказать нельзя.

Когда сзади взвыла сирена и их подрезала синежелтая машина ГАИ, все трое громко выругались.

– Уходим, – утвердительно сказал Макаров.

– Нет, еще стрелять начнут. Да и увяжутся в любом случае. Тормози, лучше разберемся по-быстрому.

Но мудрое решение Савушкина не встретило понимания у гаишников. Как только он вышел из машины, старший сержант направил на него пистолет.

Лейтенант взял на прицел Макарова и Рожкова.

– Выйти всем из машины! Руки на капот! – раздалась грозная команда.

Савушкин заметил, что коллеги действовали вполне профессионально, и раз они обнажили оружие – это не простая проверка.

«Машина в угоне», – понял он. И все стало на свои места. Преступники захватили тачку на дело, ее быстро объявили в розыск и, по мрачному юмору судьбы, обнаружили «шестерку» тогда, когда уголовный розыск задействовал ее в своей операции.

– Это ошибка, ребята, – как можно миролюбивее сказал Савушкин. – Я подполковник милиции, замнач Центрального райотдела.

– А я папа римский, – сострил сержант. – С каких пор подполковники катаются на угнанных машинах? Руки на капот, живо!

Любой опер города знал Савушкина, Рожкова и Макарова в лицо, в подобной и даже более двусмысленной ситуации им не пришлось бы ничего объяснять, доказывать, предъявлять документы, – только подмигнуть, подать какой-то знак или, если бы обстановка не позволяла и этого, пристально посмотреть. Их бы поняли и всячески подыграли, максимально поспособствовав выполнению задания. Но гаишники не знают оперативных тонкостей, да по большому счету они их и не интересуют. И заявление Савушкина им проще пропустить мимо ушей или изобразить недоверие. И дело не в тупости, не в неуемном служебном рвении и вообще не в личностных качествах гаишников.